Книга Запретная любовь, страница 10 – Надежда Соколова

Присутствие при встрече послов оказалось обязательным. Лина получила от заведующей складом красивое фиолетовое платье, обшитое по подолу яркими изумрудами, понаблюдала, как в подобные одежды обряжаются остальные служанки, и чинно зашагала за Иртой в общий зал.

Женщины вырядились как можно богаче. Не сказать, что безвкусно, нет, вкус однозначно ощущался. Но камни на одежде слепили глаза, скорее всего, не одной Лине. Сиятельнейшая госпожа Анирана сидела на возвышении в кресле, призванном изображать трон. За ворохом одежды сложно было угадать, какого размера телеса у хозяйки замки. А вот ее мужья, как и остальные мужчины в зале, выставляли напоказ голое тело или прикрытые кожей, возбужденные гениталии. Таким образом, видимо, еще раз подчеркивался политический строй государства. Анирана как бы давала понять: несмотря на супругов, решаю здесь все я, женщина.

Старшие мужья стояли, вытянувшись, с двух сторон кресла супруги. Их возбужденные члены грозили в любую минуту разорвать кожаные шорты, сидевшие на них, как вторая кожа. Младший, Ритон, стоял на коленях на верхней ступеньке возвышения, в одних трусах, настолько коротких, что они только номинально скрывали большой член и набухшие яйца.

Двери распахнулись, в комнату начали входить послы. Лина закусила изнутри губу, когда поняла, кого видит: орки, тролли, гоблины, эльфы, люди. Те расы, которых ей недавно перечислял Ритон. И все послы — мужчины.

«То есть получается, Анирана — глава государства дроу? — удивилась про себя Лина. — Интересно, что ощущают послы, появляясь каждый раз при ее дворе?»

Ритона щедрая и гостеприимная Анирана без колебаний отдала на ночь эльфийке, сестре главы эльфийского посольства. Сам он развлекался в соседней комнате сразу с двумя умелыми служанками.

— Не думала, что у дроу такие мощные орудия, — длинные холеные пальцы точеной беловолосой красавицы неспешно поглаживали напряженный член, острые ноготки прогуливались по каждой вздувшейся вене, заставляя Ритона вздрагивать и раз за разом тихо стонать от неутоленного желания. — Вы ведь живете в таких отвратных условиях, практически не видите солнца, не дышите свежим воздухом, да и фрукты к вам попадают редко. Однако… — пальцы переместились со ствола на яйца, — я смотрю, вам, мужчинам, это не мешает. Скажи, каково это — быть всю жизнь безмолвной женской игрушкой, готовой выполнить любое, самое сумасбродное, желание? Тебя лично не коробит подобное пренебрежительное отношение? — пальчики чуть сжали яйца. Ритон до крови закусил изнутри губу, чтобы не вскрикнуть. — Ты же вроде мужчина. По крайней мере, так выглядишь.

— Я привык, госпожа, — такие унизительные вопросы ему уже задавали спутницы послов: и орчихи, и человеческие женщины, и родственницы орков и троллей. Все они, у себя дома живя в строгих патриархальных условиях, здесь развлекались, как могли.

— Госпожа, говоришь, — задумчиво произнесла эльфийка, убрала руку и приказала. — На колени. Ты умеешь доставлять удовольствие женщине, вот и докажи мне это языком.

Он повиновался: встал с постели, опустился на колени, дождался, пока его временная хозяйка раздвинет ноги и поднимет юбку, приспустил тончайшие кружевные трусики и начал ласкать языком и губами промежность. Он посасывал клитор и половые губы, раздвигал их языком, проникая во влагалище, слизывал капли «сока», очень быстро появившиеся у эльфийки. Скоро она застонала, выгнулась, прошептала: