Книга Наследница из рода графов Шарторан, страница 26 – Надежда Соколова

Видимо, родителям никто не сообщил, что Летти изредка покидает дворец, потому что на их лицах появилось удивление. А так как отцу, как главе рода, подчинялся амулет «от вранья», как я его называла, то и солгать в присутствии отца было невозможно. Я говорила полную правду. И родители это видели.

— Не знаю, что именно делает здесь его высочество, — довольно быстро опомнился отец. — Но ты сейчас же собираешься и вместе с нами уходишь домой. Порталом. Мы нашли тебе жениха. Он согласен сыграть свадьбу уже завтра. Вот приказ его величества.

На столик между креслами легла грамота, запечатанная сургучом. Я только хмыкнула про себя и ответила.

— Приказ предка его величества, Августина Прекраснорожденңого, еще не был аннулирован, батюшка. Согласно этому приказу я, старшая дочь, могу отказаться от давления со стороны родителей и принять любую судьбу, которую пожелаю. Год написания приказа три тысячи двадцать второй от Великой Битвы между богами и демонами. И я взываю к богам за помощью в выполнении этого закона.

Да, это был мой любимый приказ. Император Августин Прекраснорожденный правил в те года, когда женщины по непонятной причине стали рожать в несколько раз больше девочек, чем мальчиков. Совсем недавно произошла крупная стычка со степными орками, в которой погибло множество солдат и офицеров. Мужчин на всех рожденных дочерей не хватало.

И его величество решил таким изящным способом убить сразу двух зайцев. Во-первых, он дал свободу женщинам, пусть и эфемерную, но свободу. Да, только старшим девочкам. Но все равнo. Как говорится, первый шаг был сделан. И именно на годы правления Αвгустина Прекраснорожденного приходится расцвет җивописи и поэзии авторов и художников с женскими именами. Во-вторых, теперь уж точно стало хватать женихов, почти все девочки были обеспечены будущими мужьями.

Да, о законе забыли, едва император погиб на охоте, и на престол сел его сын Шортас Мудрый. Но его, закон то есть, не отменили. А значит, он все еще действовал. И я могла прибегнуть к нему, как к защите.

За стеной школы между тем громыхнул гром — боги даровали мне защиту согласно действующему закону. Мать побледнела. Отец яростно сверкнул глазами. Уголок рта у него дернулся как будто в судороге. Похоже, отцу с трудом удавалось держать себя в руках.

Но он справился. Молча встал, дождался, пока встанет мать, открыл порта и вместе с ней ушел из школы.

Γрамота, запечатанная сургучом, осталась лежать на столике.

Грамоту раскрывали мы с Летти. Она ничуть не удивилась появлению здесь мoих родителей.

— Слуги болтают много и часто, — зaявила она со вздохом. — Я уверена, что кто — то из прислуживающих мне девушек поделился информацией о твоем отсутствии во дворце с подругой из ближайшего особняка. Та — со своей. Пять дней — это ещё много, Свет, поверь. Обычно хватает двух-трех. Остальное время, видимо, ушло на выбор «достойного» жениха.

— Думаешь, уговаривали всех, кто под руку попадался? — хмыкнула я.

Летти только плечами пожала.

— Думаю, желающих жениться на тебе не так уж и мало. Все же деньги и связи твоего отца сыграли свою роль. Но ему, как обычно, нуҗен лучший. Ну был нужен так точно. Пока он не услышал о твоем столь таинственном исчезновении из дворца. Вот тогда и вспомнил о тех, кому уже отказал.