Книга Разыскивается: белая и пушистая, с криминальными наклонностями!, страница 147 – Надежда Соколова

— НЕТ! — ответил зеленоволосый в сотый раз.

Сидели мы за столом и ждали заказ, а Таш сообщив: что ей надо по делам отправилась по этим же делам.

— Ас ну хотя бы синяк убери и одежду мне сделай поприличней!

— Я уже говорил: что ничего менять не буду!

Я совсем загрустила, Аскар просто надо мной издевается. Сильно сомневаюсь, что облик он мне поменял, потому что меня ищут! Мы уже далеко и нигде по столбам мои портреты не висят! Ха! Да откуда им вообще взяться?! Лица моего никто не знает. Так что точно издевается, как пить дать делает это нарочно.

— Побудь пока здесь. Я сейчас приду — сказал мне Ас — только не вздумай уходить! — и оставил пару серебряных монет, что бы я расплатилась за заказ.

Ну и куда он поперся? Аскар зачем-то поднялся на второй этаж.

— Чего грустишь? — спросила меня девушка в сером платье и фартучке подавальщицы.

— А есть чему радоваться? — вопросом на вопрос ответила я.

Девушка, пожав плечами, стала выставлять еду на стол, а после, потрепав меня по голове, поинтересовалась:

— Тебе кто синяк поставил твой господин?

— Нет — без энтузиазма буркнула — этот козел зеленоволосый мне его наколдовал.

— Зачем?

Ну, вот некоторым совсем нечего делать?!

— Девушка откуда такое праздное любопытство?

— Просто я тебя хоть немного отвлечь хотела, а то сидишь с кислой миной как будто еще чуть-чуть и пойдешь вешаться.

— Не дождешься! — оскалилась я. — А чего чай холодный?

— Пей, какой дали!

— Девушка, а у вас прическа горит.

— Где?

— А где вы ее обычно носите?

Посмотрев на подавальщицу, которой я без зазрения совести умудрилась поджечь волосы, вздохнув — потушила. Все же не стоит срывать свою злость на окружающих, да и орет она уж больно громко.

Так, а вот и Ас идет угу переоделся, белую рубашечку напялил, черный камзол с серебряным шитьем, сапоги начистил, штаны без штопки на пятой точке. Ну и куда спрашивается, намылился?

— И куда же ты с таким марафетом? — поинтересовалась я.

— С чем?

— Куда так вырядился еще и волосы распустил?

— А это ты девушке волосы подожгла? — Сделал Ас вид, что не услышал моего вопроса.

— С темы не съезжай! Куда лыжи направил?

У меня не просто плохое настроение! Оно у меня премерзкое!!!

— Не поверишь, для тебя старался.

— Ас я в это поверю когда увижу тебя в гробу и белых тапочках вот тогда пойму — это для меня!

Ас, усмехнувшись, принялся ковырять вилкой грибное рагу, совсем игнорируя меня. Даже обидно стало он вообще повадился в последнее время меня не замечать. Вот раньше ему слово плохое скажешь, так он мне на полчаса нотацию читать начинал со всеми возможными пытками в упоминание, а теперь привык гаденыш!

О! а это еще кто?

Девушка с золотистыми кудрями и в шикарном бархатном платье присела за наш столик. Ее декольте, наверное, глубиной с озеро Байкал, а какой оно глубины ученые по сей день затрудняются сказать точно…

Блондиночка, похлопав пышными ресничками, достала из сумочки конверт и передала его Асу.

— Почта от моего отца — объяснил он мне.

Открыв конверт и пробежавшись глазами по строчкам, Ас только криво усмехнулся:

— Он в своем репертуаре, пишет, что бы мы поторапливались, и интересуется, почему мы так задерживаемся. Эль как думаешь, что мне ему на это ответить?

Это он типа намекает, что я виновата в том, что мы задерживаемся? Ну, виновата… подумаешь… меня другое интересует: