Книга Магическая академия. В кресле ректора, страница 76 – Надежда Соколова

— И они тоже хотят жить, — ухмыльнулся Димир. — Не воюй, Ториса. Ничего с твоей драгоценной академией не случится.

Угу. Я поверила, да. Почти.

Но в итоге Димир сумел настоять на своем. И следующие полчаса-час я провела в его дворце, успокаиваясь и заедая стресс фруктами. В то время как сам Димир вернулся в академию — пообщаться с молодыми и перспективными преподавателями.

Я сидела в высоком удобном кресле с резными ручками, жевала дольку за долькой и думала. Мне сложно было понять, зачем отец и дядя прислали этих молодых обормотов. То ли на практику, то ли для слежки за мной. То ли для совмещения «приятного с полезным». В любом случае теперь я находилась под божественным надзором. У меня просто чесались руки написать записку обоим богам и отправить их детей с той запиской куда подальше. Увы. Меня как минимум не поняли бы.

Да и вообще, не стоило начинать общение с новыми родственниками с ссоры. А хотелось, да. Очень.

Скоро вернулся Димир. Он выглядел довольным жизнью. Как же, теперь рядом с беременной супругой постоянно будет крутиться ее сестра.

— Стивен осваивается в кабинете декана некромантов, — сообщил он, — Лита попросила комнату неподалеку от твоей спальни.

Я поморщилась.

— А не слишком ли юн Стивен для поста декана?

Димир хмыкнул.

— Он полубог. Не смотри на его внешность. Лет ему может быть столько же, сколько и Торисе. Или даже больше. Знания есть, сила — тоже.

— А опыт?

— У тебя уже был один, опытный. Вы с банши успешно отправили его на тот свет. Стивен хотя бы не испугается при появлении твоей подруги.

Язва.

Впрочем, спорить я не стала. Беременность пока протекала легко, спокойно. Но живот будет расти с каждым месяцем. А значит, скоро мне придется искать замену на свой пост, хотя бы на полгода. У меня были некие мысли на этот счет. Но я ими пока ни с кем не делилась и обдумывала, как бы аккуратно провернуть желаемое. Так что внезапное и не особо желанное появление двух полубогов в академии было в каком-то смысле мне на руку.

Единственное, придется первое время за ними присматривать, особенно за Литой. Она мне показалась излишне легкомысленной. Словно передо мной находился не взрослый преподаватель, а подросток, первый раз вырвавшийся из-под опеки родителей.

— Ах, Ториса, это так прекрасно, что ты наконец-то узнала, кто ты есть, обрела родственников, ждешь ребенка, — заливалась соловьем Лита.

Мы сидели с ней и пили чай в креслах в ее спальне, находившейся в академии рядом со мной. Едва попав в комнату, гость понимал, что здесь живет натура творческая, ранимая и опасная в общении. Такую лучше не злить ни словом, ни делом. Иначе розовенькие занавесочки на окне превратятся в грозное оружие, готовое задушить обидчика хозяйки. А кресла внезапно оживут и резво поскачут по лестницам и коридорам в поисках своей цели.

В оформлении комнаты преобладали желтые, розовый, сиреневый и красный цвета. Мечта взбесившегося художника, не иначе. Не знаю, кто прививал Лите вкус, но тот явно решил уйти в неоплачиваемый отпуск, едва ли не до конца жизни.

Я, конечно, держала свои мысли при себе, вежливо улыбалась и делала вид, что мне интересно чаевничать с сестрой уже второй раз за два дня. Правда, после первого чаепития я долго высказывала Аурелии все, что думаю насчет богов, родственников и жизни в целом. Банши, зараза такая, смеялась надо мной.