Книга Коридоры истории. Книга 2, страница 43 – Надежда Соколова

История начинается тогда, когда уже ничего невозможно проверить.

В. Верховский

К чему бы мы ни стремились, каковы бы ни были частные задачи, которые мы сами себе ставим, мы в последнем счёте стремимся к одному: к полноте и завершённости… Мы стремимся стать сами вечной, завершённой, и всеобъемлющей жизнью.

Виктор Франкл

Стаци, Жанна, оказалась крупной веснушчатой блондинкой, болтливой и веселой. К нам с Алексом она обращалась «милорд» и «миледи» и за полчаса вывалила на наши головы все местные сплетни. То и дело поправляя, из-за смущения, коричневую форму с белым накрахмаленным передником, она трещала, трещала и трещала. Вот уж находка для врага. Как еще, с такой словоохотливостью, она не поведала всему Парижу о об «Аське», «чистильщиках» и прочих «радостях» будущего.

— Графиня де Трельян недавно приболела. Слуги уверяют, что простыла, а молочник, который крутит с кухаркой, божится, что там чуть ли не Черная Смерть. Так ее дом теперь чуть ли не за сто миль объезжают. И сынок ее что-то не стремится маменьку навещать, — сообщила Жанна, закончив сервировать обеденный стол.

— Когда ближайший бал или званый вечер и у кого? — я, не дожидаясь ее помощи, самостоятельно уселась на стул и приготовилась то ли обедать, то ли ужинать.

— Так у герцогини де Рокшон, миледи, в честь дня рождения ее средней дочери. Послезавтра. Там весь свет будет, — Жанна проворно накладывала мне на тарелку кусок холодной жареной дичи и филе из морского языка.

Я сделала глоток красного вина из хрустального бокала. Развлекаться на балах не было ни малейшего желания. Но чем быстрей мы найдем этот дурацкий перстень, тем быстрей я вернусь домой. А значит, вперед, Лизка, на бал, званый вечер, да хоть к мифическому черту на рога. И улыбайтесь, агент «Аськи», всегда улыбайтесь.

— Лизка, — позвал меня Алекс, — ты сейчас та выглядишь, будто задумала весь город перебить.

Я покосилась на замершую рядом с его стулом Жанну, тяжело вздохнула и опустила глаза в тарелку. Сначала — еда, потом — планы на будущее. А послезавтра — ненавистный бал или ужин, что там задумано-то герцогиней?

Я жевала, не чувствуя вкуса. Дядя, я ведь вернусь. Скоро вернусь. И если я все же слечу с катушек, то весело будет всей «Аське». Напрасно ты, дядя, отправил меня в эту командировку…

После ужина мы втроем засели в кабинете, просторной комнате с высокими расписными потолками, расположенной рядом с обеденным залом, и начали обсуждать план действий, предварительно активировав защиту от подслушивания. На широком овальном столе с инкрустированными полудрагоценными камнями ножками мы разложили карту Парижа и ближайших пригородов, составленную несколько лет назад кем-то из наших агентов.

— Балы здесь и здесь, званые вечера в этих трех домах, это за десять дней данные. Но сюда и сюда без связей не попасть, — Жанна уверенно тыкала пером в различные точки. — Перстень… Нет, ни разу такого описания не слышала, никто мне о подобном не рассказывал.

Со стаци слетела маска говорливой девочки, и сейчас перед нами находился серьезный и сосредоточенный профи. Интересно, это отец ее так натаскал, или она от рождения настолько хорошо умеет притворяться? Если второе, то можно понять, почему ее сделали нашим агентом.

— Самое гадкое — мы не знаем даже, кто носил этот перстень: ни пола, ни возраста, ни социального положения, — я раздраженно закусила кончик пера и постучала пальцами по столешнице. — Право слово, как иголку в стоге сена искать.