Книга Шустрое счастье, или Охота на маленького дракона, страница 60 – Анна Гаврилова

Вот тут мне следовало улыбнуться и притвориться, что инцидент исчерпан. Но я не смогла. Вместо этого выдернула ладонь из захвата Гертона и, повинуясь тем же эмоциям, немного отодвинулась в сторону.

Подозрение во взгляде собеседника сменилось недоумением, а потом… Потом я поняла – с меня ещё дюжина свечей для Леди Удачи! Просто Гертон, вместо того, чтобы устроить допрос, взял и сам оправдание моим странностям придумал.

— Астрид, ну что за истерики, – снисходительно протянул он. И добавил: – Да, иногда нам приходится убивать. Не говори, что ты этого не знала.

Я, разумеется, знала, и в данный момент это знание очень сильно подогревало обуявшую меня ярость. Хотелось стянуть перчатки, а потом впиться в лицо метаморфа ногтями. Растерзать! Покусать! Уничтожить к бесам!

К счастью, эти эмоции всё-таки удалось скрыть. А Гертон, помолчав, продолжил:

— Астрид, это жизнь. Так надо, и ты сама это знаешь. По крайней мере, должна знать. В том, что касается герцога Кернского, он сам виноват. Это обычная плата за чрезмерное влияние, только и всего.

Влияние? Нет, Дан, безусловно, друг и всё прочее, но о каком таком влиянии речь?!

— На что он влияет? – спросила уже вслух. Голос прозвучал резче, чем хотелось.

Гертон глянул удивлённо, но всё-таки ответил:

— Последний год герцог Кернский фактически выполнял функцию личного помощника Роналкора. Через него проходила большая часть дипломатической переписки с соседями, а также все законопроекты.

Моя злость поугасла под действием шока, но через миг вспыхнула опять.

— И это повод для ликвидации? – выпалила я.

Конвоир вновь удивился. Потом подарил очередную снисходительную улыбку и сказал, как глупышке:

— Астрид, в данный момент мы принимаем превентивные меры. Видишь ли, герцог Кернский действительно имеет очень большое влияние. В случае, если оно будет угрожать нашему народу, мы будем вынуждены его убрать.

— Чем какой-то герцог Кернский может угрожать нам?

— Полгода назад он уже интересовался, а не много ли у какого-то захолустного Рестрича налоговых льгот, – пояснил Гертон спокойно. – А два месяца назад убедил Роналкора отправить в отставку двух чиновников, через которых мы поддерживали связь с министерством финансов. Он, видишь ли, обнаружил в их отчётах «вопиющие неточности».

Я нахмурилась в попытке понять, в чём, собственно говоря, ужас. Ну, с налогами, допустим, ясно. А с чиновниками что? Они помогали нашим, но…

— То есть эти люди воровали? – озвучила догадку я.

— А кто нынче не ворует, Астрид? – подтвердил мою мысль сородич.

Всё. Всё понятно! И опасности, и методы, и… и если бы речь шла о ком-то другом, то я бы с Гертоном согласилась, но здесь и сейчас…

— Я думаю, ты драматизируешь, – сказала конвоиру. – Любой может поинтересоваться и налогами, и нечистоплотными министрами. Любой может невольно перейти нам дорогу. Но это всё-таки не повод для убийства.

— С любым, – и это слово Гертон подчеркнул, – можно договориться. А с Дантосом договориться нельзя.

И вновь мне потребовалась пара секунд на то, чтобы понять, в чём соль.

— Ты пытаешься сказать, что герцог Кернский слишком неподкупный?

— Не слишком, а вообще, – поправил сородич.

Отчётливые нотки раздражения, прозвучавшие в его голосе, подсказали – подкупить Дантоса уже пробовали. Тот факт, что сероглазый блондинчик не прогнулся под метаморфов, вызвал невольную улыбку и чувство бессмысленной гордости.