Книга Бескрайнее темное море. Том 2, страница 7 – Моргана Маро

— В «Доме ночи» нет стеснения, так что отдайтесь любви! А этот наставник покажет вам, как получить удовольствие!

— Мой принц…

— Я не знал, – прошептал Цин Вэнь, боясь взглянуть на Фан Лао.

Мысленно он уже проклял близнецов! Как им вообще пришло в голову позвать на это представление наставника Фана? Смерти не боятся?! И ведь достанется в первую очередь Цин Вэню, а не им!

На сцену вышла красивая девушка, однако третий принц не решился наблюдать за тем, что она будет делать, отвернулся и залпом выпил чай. Впрочем, заметив, с каким интересом Фан Лао смотрит в окошко, Цин Вэнь помедлил и остался сидеть. Он пришли сюда, чтобы развлечься, и уходить так рано было бы глупо. Почти не глядя на представление, Цин Вэнь погрузился в размышления и, лишь когда музыка стихла, с тихим стуком поставил на стол пиалу.

— Я отправлюсь с тобой в союз Лан, – произнес принц. – Боюсь, столица мне быстро наскучит без наставника.

Губы Фан Лао тронула мягкая улыбка.

— Можешь не переживать, у этого достопочтенного достаточно сил, чтобы защитить нас.

Уже спустя шичэнь принц и наставник неторопливо шли в сторону дома. Взяв оставленный кем-то у крыльца зонт, Цин Вэнь накрыл им себя и заклинателя от легкого теплого дождя, слегка освежавшего ночную духоту.

— Должен заметить, это было познавательно, – произнес Фан Лао, несший шкатулку с мазями, предназначение которых стало понятно ближе к середине действа.

— Неужели Лао-эру нравятся подобные представления? – усмехнулся Цин Вэнь.

— Пожалуй, одного раза хватило, – вздохнул заклинатель. – Надеюсь, мой принц не зачастит в такие заведения? Молодую кровь не так уж и просто усмирить.

Цин Вэнь почувствовал, как горит лицо, и порадовался, что ночь была темной. Он и правда не знал, смеяться ему или плакать!

Кабинет императора погрузился в тишину, которую не спешил нарушить никто из собравшихся.

Цин Вэнь, замерев перед столом названого отца, чувствовал себя птицей, которая наконец может вырваться на волю, пускай и на короткое время. Возможно, если бы не появление во дворце Фан Лао, он так и не решился бы покинуть Цинхэ, хотя душа тянулась на восток. Но он все еще был обязан Хэ Ланцзяну своей жизнью и, как сын, пусть и не по крови, стремился отплатить за добро добром.

— Сердце союза Лан находится на пересечении границ Юйгу, Лаху и Хэкоу, путь туда займет не меньше трех недель, – негромко произнес император Хэ. – Ты уверен, что готов отправиться настолько далеко?

Цин Вэнь посмотрел на стоявшего в стороне Моу Ганя, тут же смерившего его презрительным взглядом. Не нужно было читать мысли, чтобы понять: главный евнух не хотел отпускать третьего принца к праздным и наглым дикарям, которые только и делают, что разъезжают на лошадях в степях Вэйдахая^[3]. Чему третий принц и научится у них, так это варварским обычаям.

— Ваш Вэнь-эр хочет узнать, действительно ли он единственный из клана Цин, и, если так и окажется, принести Юйгу пользу, – склонился перед императором Цин Вэнь.

— Союз Лан не любит чужаков, – не смог промолчать Моу Гань. – Заявись ты туда, и они подумают, что тебя послал наш император – требовать пурпурный свиток!

Доводы евнуха были разумны, но Цин Вэнь предположил:

— Но ведь после нашей встречи великий шаньюй и вправду может передать в Цинхэ пурпурный свиток. И даже если ничего не выйдет, Вэнь-эр все равно наберется опыта и поймет, как вести дела с варварами.