Книга Бескрайнее темное море. Том 2, страница 11 – Моргана Маро

— Может, это и не темный заклинатель? А демон? – предположил Цин Вэнь.

— Слова моего принца не лишены смысла, – признался Фан Лао, не видя, как с каждым его словом мрачнеет лицо Гу Юаня. – Некоторые сильные демоны и правда способны оживлять мертвецов, однако пойти в открытую на одну из крепостей они не осмелятся… Но Бедствия – другое дело.

— Последнее Бедствие явилось двадцать лет назад, не слишком ли рано для нового? – перебил Гу Юань.

— Но ведь Великое Бедствие Пустоши не уничтожили, – возразил Цин Вэнь. – Это может быть он?

— Нет, не думаю, – протянул Фан Лао. – Каждое Бедствие наделено своей силой: потопы, мор, влияние на разум, и Великое Бедствие Пустоши обладало последним.

— Не хватало нам нового Бедствия спустя двадцать лет, – мрачно произнес Гу Юань. – И ведь все боги молчат.

— Пока мы не встретили новое Бедствие, не стоит думать, что это оно и есть. Я хочу изучить то, что происходит в союзе племен Лан. Возможно, Мясник из Ганси и к этому причастен, – признался заклинатель.

— Помощь наставника Фана в этом деле неоценима. Может ли этот генерал пригодиться вам?

Задумавшись, заклинатель отогнал настойчивого ворона, выпрашивавшего ласку. Обиженно клацнув клювом, Маньвэй перелетел на подлокотник кресла Цин Вэня, заискивающе заглянул ему в глаза и довольно зажмурился, когда тот погладил его по гладким черным перьям, блестящим на свету.

— Я могу попросить генерала Гу сделать несколько ловушек? Они позволят не подпустить к Цинхэ сильного демона, однако создавать их… тягостно.

— Говорите, – кивнул Гу Юань.

Заклинатель помедлил, переплел пальцы и сжал их так, что побелели костяшки.

— Вам нужно откопать кости тридцати детей, умерших до десяти лет, и зарыть по обе стороны дороги, ведущей к воротам. Всего в Цинхэ четыре входа – с каждой из сторон света, – значит, понадобится около ста двадцати похороненных, – быстро подсчитал Фан Лао, взял лист бумаги и нарисовал на нем иероглиф древней письменности, после чего передал генералу. – Чтобы потревоженные кости не восстали, бросьте в могилу листы с этим знаком.

— И как это поможет?

— Души детей – одни из самых чистых, демон не сможет овладеть ими, даже если очень захочет. Если такие души будут охранять входы в Цинхэ, то ни одно темное создание не сможет прорваться внутрь, – объяснил Фан Лао и, заметив растерянность Гу Юаня, смягчился. – Генерал не обязан это делать. Ритуал и правда не из самых приятных, и я бы не предложил его, будь у нас иной выход.

Сжав в руке лист с иероглифом, генерал Гу все же произнес:

— Я постараюсь, ведь мудрец Фан не видит иного способа обезопасить столицу. Где мне вас искать, если в Цинхэ придет беда?

— Мы будем в Вэйдахае, – ответил вместо заклинателя Цин Вэнь. – Путь займет несколько недель. Лучше послать к нам птицу.

Гу Юань кивнул и поклонился Фан Лао:

— Благодарю наставника Фана за все, что вы успели для нас сделать. Я буду помнить вашу доброту и отплачу вдвойне, когда придет время. Я постараюсь проводить вас завтра утром, если император не поручит мне никаких дел.

Попрощавшись, Гу Юань ушел, и в комнате на некоторое время повисла тишина. Взглянув на Цин Вэня, что задумчиво гладил ворона по голове, Фан Лао бесшумно подошел и спросил:

— О чем мой принц задумался?

— Я подслушал разговор генерала и Сяо Ляня, – с неохотой признался Цин Вэнь. – Генерал Гу уверен, что мертвецов поднимает Бедствие, которое когда-то погубило семь Сражающихся Царств.