Онлайн книга «Спасение души несчастного. Том 1»
|
— Учитель? Го Бохай, только услышав это, решил резко обернуться и в своей элегантной манере, не подавая вида, сказать: «А кто же еще мог зайти к тебе в покои?» – но так у него не вышло. Как только он попытался повернуться, его сковал стыд от донесшегося звука, похожего на смех: — Хах! – по-видимому, то был Сянцзян, который наблюдал за всем происходящим. Го Бохай рассвирепел и скомандовал, но только про себя: «Пущу на суп!» — Учитель? Держа на лбу прохладный мешочек, Го Бохай высоким голосом воскликнул: — Д-да! Прошу, У Чан, побыстрее оденься, нам нужно идти! Сонный наследник, повинуясь, накинул одежду на свою нижнюю рубаху и штаны. — Извините, учителя возмутил мой вид? – смущенно поинтересовался У Чан, в спешке завязывая пояс. — Нет, с чего бы? Го Бохай посмотрел на свое взволнованное лицо в зеркало, на отражение одевающегося ученика и понял: вариантов в юной голове было немного. Реакцию покрасневшего наставника можно было принять за ответ на оскорбление, иначе почему тот столь взволнованно торопит наследника в сборах? Он убрал мешочек с камушками со лба и на этот раз увидел там приличных размеров шишку. «О, нет… нет-нет-нет!» – такое точно не объяснить без подробностей, поэтому он вновь прикрыл позорный бугорок мешочком и обернулся к воспитаннику. — Готов? У Чан, натягивая сапог, в недоумении спросил: — К чему? — Верно, ты же все проспал… Расскажу по пути. Юноша подошел ближе и предстал перед наставником в весьма неприглядном виде: непричесанные волосы торчали во все стороны, словно всю ночь боролись с подушкой, а заспанное лицо было изрядно помято. Зевая, У Чан промямлил: — Извините… я еще не совсем проснулся. Го Бохай удивленно приподнял бровь. «Что же ты всю ночь делал, раз к полудню все еще не выспался?» И словно прочтя его мысль, У Чан произнес: — Этот ученик всю ночь не мог уснуть. Он не желал, чтобы наставник злился на него из-за его упрямства, и отправил служанку к нему. Скажите, Минь-Минь принесла вам то, что я просил? И только сейчас на Го Бохая снизошло озарение: они общаются как ни в чем не бывало, словно ничего такого серьезного, из-за чего стоило бы переживать, и не случалось. У Чан смотрел на него, как и ранее, черными, как мгла, и глубокими, как океан, глазами, и в них не было того страшного презрения или недоверия, с которыми боялся столкнуться Го Бохай. Сдерживая восторг от улетучившихся переживаний, наставник ответил: — Д-да, благодарю… — Это же замечательно! Только, учитель… — М-м-м? — Что с вами стряслось? Го Бохай в непонимании поморгал. — Ты о чем? — Вы держите у лба… — А-а-а! Это? Не стоит переживать, – помахал Го Бохай рукой перед своим лицом. – Просто у учителя болит голова, не более… — Ученик как-то может помочь? Го Бохай, краснея, промолчал. — Может, я взгляну? — Нет! Над их головами, на крыше, раздался шорох и растянутый смех: «Ха-ха-ха-ха!» У Чан даже не успел уточнить, зачем наставнику мешочек с нефритовыми камушками для игры в вэйци, что были сделаны вручную и подарены наследнику клана вместо обычных фишек, как отвлекся на этот шум. Он поднял голову к потолку. — Что это? — Наверняка тот старый дрянной кот, что никак не может наконец испустить дух. Пошли. – Го Бохай проводил воспитанника к выходу и, не убирая руки со лба, начал торопливо объяснять: – Вчера ночью Небеса дали знак. С сегодняшнего дня ты будешь готовиться к вознесению. На днях старейшины решат, откуда начнется процессия. Мы с тобой это много раз обсуждали и… – Он остановился, заметив, как У Чан замедлил шаг. |