Книга Спасение души несчастного. Том 1, страница 119 – Лин Няннян

— Не вертись, птичка А-Цзян! Мне сложно по тебе попасть!

— Он миновал мою водную ловушку, сестра! Мне его было не удержать!

— Что ж, теперь я!

И после уверенного «я» земля задрожала, а из скал прямиком в ворона вылетели острые, как лезвия, камни.

В воздухе раздался командный голос:

— Хватит летать туда-сюда! Ты мне уже надоел – ведешь себя как трус!

Птица лишь успевала лавировать и падать в попытках увернуться от камней, которые словно по чьему-то желанию стремились попасть по ней.

— А-Лин, подключайся, чего стоишь без дела!

В небе показалась полупрозрачная фигура хрупкой девушки в золотистом одеянии, которая мелькнула и пропала, а из воды вылетело что-то наподобие веревок. Ворон увернулся от одного, второго водного каната и усмехнулся:

— Слабоваты вы еще для меня! Может, как-нибудь в другой раз? На нас все-таки смотрят!

— Смеяться надо мной вздумал?

— Сестра, прошу, аккуратнее!

По двум женским голосам, что отличались характером и пылкостью и все время раздавались то тут, то там, можно было предположить – то были две богини, повелительницы стихий воды и земли. Их облик был скрыт. Силуэты изредка появлялись в небе лишь перед новым ударом. Немного понаблюдав за происходящим, толпа пришла к выводу: это трое небесных духов выбрали ущелье Шуйлун, чтобы испытать свои силы.

Главарь обернулся к шайке своих подопечных и плюнул:

— Ну? Чего рты поразевали?! Всего лишь боги резвятся друг с другом! Быстро пакуем и… – но договорить он не успел: обмяк и плашмя рухнул на землю. На месте, где мгновение назад был головорез, оказались три девичьи фигуры. По центру стояла причина его внезапного незапланированного ретирования. Ба Вэньлинь опустила высвобожденную от веревок руку и обратилась к толпе юношей:

— Это последователи культа! А-Шан, быстро мое оружие!

Разбойники поспешили скрутить Шао Жоу и Фань Мулань, что стояли за спиной Ба Вэньлинь, как взмахом ее ноги один тут же был отброшен в сторону разбушевавшейся реки Шуйлун. Девушки развернулись и повторили за ней: пара ударов – и два огромных тела пали. Обе красавицы обернулись друг к другу, взялись за ладони и воскликнули:

— Молодец! Как наставник учил!

— Ты тоже не промах!

— Не отвлекайтесь, еще подступают! – крикнула Ба Вэньлинь.

Пока три девушки, двигаясь в боевом танце, вытворяли нечто доселе невиданное большинством слуг и бандитов, Ба Циншан миновал двух мужиков, увернувшись от их ударов, и подбежал к сваленному в кучу оружию. С криком «сестра!» он подтолкнул к ней гуаньда́о^[69].

Многие господа похватали свое оружие, и воцарилась неразбериха: все высвободившиеся из пут ловко, как хорьки, зашмыгали тут и там, помогая друг другу, а разбойники вдруг бросились врассыпную. На реке тоже разразилась настоящая битва.

Воспользовавшись появлением незнакомца в черном, избранные быстро перетянули удачу на свою сторону и, получив преимущество перед врагом, уже разобрались почти со всеми бандитами. Мэн Чао и У Чан замешкались, и путь к оружию им перегородили два головореза – как раз та парочка здоровяков, с которых и началось их знакомство с шайкой. У Чан юркнул под рукой мужика, бросившись к своему мечу, но тот схватил юношу за ворот одеяний и откинул назад. Луань Ай беспомощно наблюдала за этим. Однако, увидев, как Мэн Чао и У Чана окружают, она, не раздумывая, ринулась к куче вещей на берегу. Заприметив знакомый цзянь в белоснежных ножнах, она крикнула: «Молодой господин У!» – и бросила клинок в его сторону.