Книга Спасение души несчастного. Том 3, страница 27 – Лин Няннян

Тем временем Бань Лоу точно догадался, что происходит. Он скинул ритуальный головной убор на землю, споткнулся несколько раз о стертые ступеньки и, глотая воздух, вскрикнул:

— Миншэн! Миншэн!

Только вбежав внутрь павильона, Бань Лоу вцепился в крышку гроба и, сдирая кожу с кончиков пальцев, потянул ее вверх.

— Подожди, я сейчас!

Стенки гроба из сандалового дерева были толще двух цуней. При длине в пять-шесть чи вес казался нечеловеческим. Но Бань Лоу считал, что справится. После получения благосклонности Небес в нем забурлила пылкая мощь, способная размозжить камень. И все равно, все равно не выходило! Что он делал не так?

Гун Ди решительно кинулся за учеником, но застыл, наконец увидев его.

— Ну, помогите же! – Тот с натугой взревел, подобно голодному демону, несправедливо запертому в каменной тюрьме. Синие вены на руках вздулись, с ладоней на пол потекла кровь. Но как бы он ни старался, крышка не поддавалась.

Гун Ди прокричал:

— Прекрати! Приди в себя, ты… – Однако не договорил, расслышав гулкие удары о дерево. – Как же?..

Там, внутри расписного гроба, который владыка преподнес северянам в знак сожаления, кто-то дышал! Кто-то бился и скреб ногтями. В страхе перед необъяснимым Гун Ди схватил ученика под руки, чтобы оттащить.

— Господин Бань, требую прекратить! – донесся грозный голос Лао Вана. Даос, все еще ослабленный, приблизился к дверям павильона. – Одумайтесь! Вы не знаете, что там. Ни вам, ни тому, кто вырывается, не открыть гроб – он запечатан!

И действительно, перед тем как накрыть усопшего, наложили печать. Потому-то ничего не выходило.

Бань Лоу замер, только услышав слова Лао Вана. Но даже тогда Гун Ди все еще был не в силах ни оттолкнуть ученика, ни оторвать его пальцы от гроба: он стойко держался. Казалось, что северянина не сдвинет с места и десяток воинов.

— Господин Го, – подал голос Лао Ван, – мне нужна помощь!

Все во дворе обернулись на наставника с удивлением. Почему именно он? Разве можно обращаться к нему в столь опасном деле? Он ведь и сам едва стоит на ногах! У Чан подумал о том же. Тревога привычно легла на сердце. Он встал на пути:

— Позвольте мне!

Го Бохай ответил умоляющим взглядом, взмахнул рукой, и неизвестно откуда возник Байшан. Белоснежный цзянь подобно выпущенной стреле влетел во двор и кинулся к хозяину. Люди расступились перед ним. На лицо У Чана упала тень недовольства. К сожалению, у Го Бохая не было времени объяснить ученику, что к чему. Он вошел в павильон.

— Сейчас все зависит от нас! – выдохнул Лао Ван. – На воротах барьер, поэтому не ждите помощи извне.

— Прекратите! Не вмешивайтесь! Я клянусь… это Миншэн!

Го Бохай молча вынул клинок из ножен. Лао Ван коснулся крышки гроба.

— Нет! Стойте! – Бань Лоу перегородил им путь. – Поверьте мне хотя бы сейчас!

Гун Ди в отчаянии замахнулся и под мольбы «Я возьму всю ответственность на себя. Я!..» ударил по правой руке ученика. Только почувствовав боль, Бань Лоу разжал пальцы. Гун Ди схватил его и отбросил в сторону.

— Приготовьтесь… – Голос Лао Вана внезапно растворился в воздухе.

Бам!

Удар поразил каждого.

На людей в павильоне налетел сильный ветер и окутал их густым облаком пыли. Го Бохай лишь на мгновение зажмурился, а когда открыл глаза, увидел серебристую макушку, загородившую ему вид. Вероятно, после того как учитель умирал у него на руках, У Чана уже ничто не пугало, и он ринулся на помощь.