Книга Константин. Сталь и Кровь, страница 4 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Если мне будет позволено высказать свое мнение, — осторожно начал тот, — то всецело разделяя стремление вашего величества ко всеобщему благу, хотелось бы для начала удостовериться, в столь ли бедственном положении находится наш народ, как это столь красочно живописал нам граф Блудов? Не знаю, откуда он взял свои сведенья, но мне доподлинно известно совсем иное. Страна наша и в особенности крестьянство благоденствуют под мудрым правлением государя, всякий день благословляя небеса за то, что Господь ниспослал им такого императора. Да, отдельные недостатки все еще случаются и их, без всякого сомнения, следует искоренять. Но, уж простите мне мою стариковскую осторожность, не выплеснем ли мы, начав непродуманные реформы, с грязной водой и ребенка? Ибо как говорили древние латиняне — примум нон ноцере! [2]

— Так вы считаете нынешнее положение блестящим? — вскинулся поддержанный милостивым взглядом царя Блудов.

— А разве не о том свидетельствуют наши великолепные победы над неприятелем в последней войне⁈ — с победным видом воскликнул Гагарин, вызвав явное одобрение своих сторонников.

— Ты бы, князь, не поминал войну всуе! — вмешался я. — Тебя ведь там не было, не так ли?

— Э… — смешался Павел Павлович, никогда не состоявший на военной службе.

— Что же касается «блестящего положения», то лучше всего о нем вам может поведать уважаемый Александр Максимович, — кивнул я на Княжевича. — Уж он-то знает, в каком состоянии наши финансы после победоносной войны.

— Нисколько не сомневаясь в словах вашего императорского высочества, — нашелся Гагарин, — какое отношение это все имеет к крестьянскому вопросу?

— Ты, князь, разве не знаешь, что именно крестьяне выращивают пшеницу, деньгами от продажи которой и наполняется казна? Они же платят подати и иные налоги. Так что благосостояние крестьян и государства — вещи взаимосвязанные. Что же касается «благоденствия» пахарей под управлением помещиков, можешь поинтересоваться у Алексея Федоровича, сколько было крестьянских бунтов в прошедшем году?

— Кхе, — закашлялся князь Орлов, имевший весьма отдаленное представление о статистике по своему ведомству.

— У вашего высочества, очевидно, есть какой-то готовый проект? — подал голос Княжевич.

— Увы, Александр Максимович, — развел я руками. — До сей поры у меня не было ни времени, ни возможности уделить должное внимание этому вопросу. Поэтому могу сообщить лишь самые общие мысли.

— Мы слушаем тебя, Константин, — кивнул царь.

— Господа, — начал я, обведя внимательным взглядом присутствующих. — Я не стану говорить вам о нравственной стороне рабства, ибо надеюсь, что пагубность его всем очевидна. Сосредоточусь на другом. Во-первых, прошедшая война со всей отчетливостью показала нам, что рекрутская система комплектования вооруженных сил во всем уступает мобилизационной.

— Это чем же? — проскрипел Панин.

— Тем, граф, что обходится дороже, но не позволяет иметь обученный резерв в необходимых количествах! — ответил я, и убедившись, что противникам нечем крыть, продолжил.

— Во-вторых, если кто не знает, в России есть масса пустующей земли, которую следовало бы ввести в оборот и тем самым умножить благосостояние государства. Ибо новые пахотные земли позволят получить больше зерна, а значит и больше доходов. Но крепостная зависимость крестьян не позволяет им переселяться в новые земли и осваивать их. И с этим, хотим мы или нет, надобно что-то решать!