Книга Константин. Аландский крест, страница 90 – Иван Оченков, Антон Перунов

Видимо поэтому первым, кто меня поздравил с «выдающимся дипломатическим успехом» после возвращения из Стокгольма, был наш канцлер.

— Что? — не поверил я своим ушам.

— Одним ударом разрубил Гордиев узел «русско-шведских отношений» к вящей славе отечества! — охотно процитировал рожденный министром меморандум император Александр.

— Да ладно!

— Впрочем, не обольщайся, — хитренько усмехнулся в бакенбарды брат. — Дальше идут соображения обо всех возможных неприятностях, которые могут воспоследовать после твоей эскапады. Кстати, как ты решился?

— Сам удивляюсь, — пожал я плечами.

— Нет, правда. Это ведь не первый твой успешный опыт в дипломатии?

— Я действовал как частное лицо!

— Перестань. Такие люди, как мы с тобой, не могут быть частными лицами по определению. Но, как говорится, победителей не судят.

— И на том спасибо, благодетель!

— Более того, — продолжил император, не обращая внимания на мою шпильку, — есть мнение продолжить столь удачное начинание. Но уже официально.

— В каком смысле?

— Почему бы тебе не совершить вояж в Европу?

— Куда⁈

— В первую очередь в Германию. Ты, оказывается, очень популярен в тех краях. Твои портреты постоянно печатают в газетах, в военных учебных заведениях изучают данные тобой сражения…

— Прости, а что, дипломаты у нас закончились?

— Дипломатов много, а Черный Принц только один.

— Интересные у тебя планы.

— Говоря по чести, это придумал Карл Васильевич. Но, согласись, идея не дурна?

— Что⁈ — удивился я, не поверив своим ушам.

— Представь себе, — тонко улыбнулся брат.

— Получается, наш карлик так сильно хочет сохранить свой пост, что готов переобуться в прыжке?

— Ха-ха-ха, — зашелся от смеха император, очевидно, представив себе канцлера в шутовском колпаке на арене цирка. — Костя, ты, как всегда, не подражаем!

— Это все, конечно, прекрасно, — не поддержал я его веселья, — но, скажи на милость, для чего тебе этот балаган? Ты ведь собирался отправить Нессельроде в отставку, заменив его на Горчакова? Так, может, пора отозвать князя из Вены и поставить расчищать «авгиевы конюшни» нашего МИДа?

— А кто тебе сказал, что это уже не сделано? Александр Михайлович на пути в Петербург. И как только он прибудет, я официально объявлю о его назначении.

— Я так понимаю, Карл Васильевич еще не в курсе? — пристально посмотрел я на наслаждающегося сложившейся ситуацией брата.

— Нет. Я приказал вызвать его через министерство двора. Ведь Горчаков, помимо всего прочего, камергер!

— Какое поистине византийское коварство!

— Рад, что тебе понравилось. Но скажи, ты ведь не очень доволен кандидатурой Александра Михайловича. Какие у тебя к нему претензии?

— Бог с тобой, Саша! Какие у меня могут быть претензии… кроме одной. Горчаков, при всех своих замечательных качествах, стар. Если представить, что случилось чудо, и отец назначил его министром хотя бы лет десять назад… о, это, вне всякого сомнения, были бы самые блистательные годы нашей внешней политики!

— Ничего страшного, — легкомысленно отмахнулся от моих слов брат. — Все равно все решения по важным дипломатическим вопросам будем принимать совместно.

— Ты сейчас серьёзно?

— Ну, конечно! Костя, ты, верно, и сам не заметил, как умудрился стремительно вознестись на небосклон европейской политики. Но можешь быть уверен, более яркой звезды там сейчас нет!