Книга Гроза над Бомарзундом, страница 123 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Доброе утро! — усмехнулся Мейснер, после чего крикнул минерам, — опускай!

И тут произошло нечто странное. Вместо того, чтобы легко скользнуть в воду и подойти к вражескому борту, висящая на шесте мина загрохотала по каким-то бревнам, едва о них не разбившись. А когда прогремел взрыв, в небо взметнулись деревянные обломки, но атакованный корабль остался невредим.

— Что за чертовщина⁈ — удивился никак не ожидавший такого афронта гвардеец.

И надо сказать, удивлен был не только он. Русские миноноски одна за другой подходили к вражеским кораблям, в попытке ударить тех минами, но упирались в непонятные заграждения. Самая удачная попытка была у «Зыби» лейтенанта Головачева, которому удалось-таки дотянуться до вражеского борта, но получившаяся пробоина все равно оказалась надводной и не грозила немедленной гибелью кораблю противника.

А затем, на кораблях союзников начали открываться орудийные порты…

— Твою ж маман! — с безукоризненным французским проносом выругался Мейснер, после чего бросился к штурвалу и, не теряя время на отдачу команды, круто переложил его.

Теперь его «Щука» обернулась к британскому флагману кормой и представляла собой наименьшую цель, но… заряженные с вечера картечью пушки палили одна за другой. Конечно, у их канониров не было возможности, как следует прицелиться, однако их было много! Чугунные пули веером прошлись по бортам и палубам атакующих канонерок, сметая все на своем пути. Большинство находящихся наверху оказались ранены или убиты. Многие потеряли управление, и только спустя некоторое время, уцелевшим морякам удалось пробраться к штурвалам и увести свои корабли прочь.

К счастью, канонерские лодки были не так малы, чтобы погибнуть от даже самой крупой картечи, а ядра их пока миновали. А загородившиеся импровизированной защитой из плотов, поверх которых стояли грубо сколоченные короба, корабли союзников не могли их преследовать. Так что, несмотря на ужасающие потери, все пошедшие в атаку канонерки смогли вернуться к Бомарзунду. И, тем не менее, полученный удар оказался слишком тяжел. Англичане и французы сумели найти противодействие дерзким минным атакам. Соответственно, те перестали быть пугалом…

Когда потрепанные корабли Мейснера возвращались, я уже успел привести себя в порядок и даже немного отдохнуть. Прекрасная пора — молодость! Горячая ванна, сытный ужин и несколько часов крепкого сна и вот ты уже свеж и полон сил.

— Есть новости? — деловито поинтересовался я у Лисянского.

— Пока нет, ваше императорское высочество! — сухо и официально ответил тот.

— Ты что сердишься? — смерил его удивленным взглядом.

— Как можно-с, господин генерал-адмирал!

— Полно ребячиться…

— Так это я ребячусь? — взорвался верный адъютант, сверля меня возмущенным взглядом.

— А кто?

— Константин Николаевич, — не принял игры капитан второго ранга. — Вы рискнули не только своей жизнью, но и судьбой Отечества!

— Не преувеличивай, пожалуйста. Наша с тобой родина много чего пережила. От этих, как его… печенегов, до нашествия двунадесяти язык. И ничего, стоит!

— В таком случае, покорнейше прошу принять мою отставку!

— Что? С какой это стати?

— С той, что более не могу исполнять свои обязанности! Прошу перевести меня на любой корабль или даже на берег.