Книга Ловушка для Дюка, страница 110 – Анна Велес

— Просто ты спрашиваешь о мечтах, — сказала девушка. — А я… Я хочу невозможного, Роже. Быть с тобой, это да. Но… Я не смогу, если ты женишься. Не смогу спокойно жить близко к тебе, когда с тобой будет жена. Видеть, как она стоит с тобой на приемах там всяких, танцует на балах. Не получится у меня. Не будет хорошо. Понимаешь?

— Ох, Мэйли! — Ренар подумал, что даже когда они выиграли последнюю битву с итрийцами в последней войне, он даже тогда, наверное, не испытывал такого облегчения. — Я-то думал, что женщины любят зеркала! Но если так, я распоряжусь убрать их все Дворца.

— Зачем ты надо мной смеешься? — спросила она жалобно. — Причем тут зеркала?

— Но, дорогая, — он с удовольствием перешел на свой легкий веселый тон. — Ведь только в зеркалах ты могла бы видеть мою жену! Когда смотрела бы на свое отражение! Но ладно, хотя бы в зале приемов зеркала можем снять.

Мэл застыла. Смотрела на него огромными глазами. Понемногу до нее доходило то, что он сказал.

— Я? — переспросила девушка.

— Мэйли Ренар, Герцогиня Караса, — произнес с наигранной торжественностью Роже. — Неплохо.

— Да…

Он видел, как в ее глазах под слезами начинает загораться счастье.

— Обидно, — заявил Ренар. — Что впервые невесту мне придется целовать в кладовой чужого замка.

Дюк размеренно шел по коридору. Он дома. Уже два дня он пытался заново привыкнуть к этому ощущению, но никак не мог. Не мог воспринимать это спокойно. Он все еще радовался. Каждой мелочи, каждому мимолетному узнаванию. Ведь все вокруг было родным. Своим. Все возрождало воспоминания.

А еще дом будто ожил. Запустение и сон прошли. Дюку казалось, дом так же рад хозяину, как и сам Дюк радуется дому. Но сейчас его ждало дело. И дознаватель пытался снова разобраться в себе. Разговор с Мигелем. Да, это должно было бы быть неприятным. Даже тягостным. Но Дюк снова не испытывал по этому поводу ничего. Ему было наплевать, выжил предатель или нет. Хотя да, жив, и это неплохо. Дознавателя радовало, что Мигель ответит за все по закону. А еще у лучника были нужные Ренару ответы. Но на этом и все.

Не было желания мести, гнева, даже просто злости на того, кто не только предал, но и пытался убить Дюка. Как не было до сих пор никаких чувств после смерти Алии. Пусто. Это немного пугало. Дознаватель в чем-то даже завидовал Роже и Алике. Им было больно за близких. Ему нет. Хотя… От одной мысли о Марине, о том, что она пережила, Дюка как раз начинала разбирать та самая злость, желание отомстить, наказать тех, кто причинил мачехе вред. Пусть это уже сделано, но все равно… Как до сих пор было больно вспоминать отца, до сих пор Дюк горевал по нему и брату.

Так же, он начинал злиться все же и на Мигеля, вспоминая слезы Мэл, то, как лучник унижал своими словами Алику. И даже тот момент, два дня назад, когда стрела предателя упала так близко от Ренара. Здесь к желанию защитить друзей и близких, примешивался еще и другой гнев. Роже правитель Караса. И такая измена была достойна смерти. Или… Пусть лучше сгниет в остроге!

Нет, все же он не бесчувственный. Дюк даже улыбнулся. Просто предатели и безумные бабы не стоят чувств. Себя надо тратить на других. На тех, кто по-настоящему дорог. Как, когда-то заметила Алика, родными люди становятся не по крови. Жизнь приносит иное родство. И оно ничуть не слабее семейных связей. Дюк верил своей женщине.