Книга Флейта для зверя, страница 78 – Анна Велес

— Это иная магия, — заметил Дюк задумчиво, осматривая один из камней. — Там, за рекой, я видел круг иначе. Здесь он похож на уснувшую угрозу. И это меня беспокоит.

— Потому что это место принадлежало тому, кто владеет древней дикой магией, — пояснила маг. Ей не нужно было даже дотрагиваться до камней. Сейчас Мэйли видела их силу. — Только… эту магию давно никто не активировал.

— То есть, — наигранно беспечно переспросил лучник. — Местный хозяин не превратит нас во что-то неприятное и голодное, как местного графа?

— Надейся, — ядовито отозвалась девушка. — Если не он, то я могу…

За их спиной открылась дверь хижины. Не сговариваясь, Дюк и Алика выхватили шпаги. Тран чуть отступил от них, перехватил удобнее древко секиры.

На пороге домика застыла женщина. Она явно была стара. Ее одежды напоминали лохмотья. Волосы скрывал старый выцветший плат. Тонкая рука, державшая дверь, казалась похожей на птичью лапку.

— Симон? — позвала женщина. Голос у нее оказался чистым и сильным, так не подходящим этому изношенному телу. — Мальчик мой! Ты пришел навестить меня? Где ты?

Она шагнула с порога, стала водить головой, высматривая гостя. В другой руке женщина держала тушку мертвого зайца. С трупика на землю капала кровь. Старуха повернула голову к Стражам. На ее морщинистом, бледном лице выделялись лишь глаза. Они походили на две дыры, затянутые бельмами. Женщина была слепа старческой болезнью.

— Где же ты? Мальчик мой? В каком облике она отпустила тебя ко мне? Симон?…

Ее голос звучал удивительно тепло, убаюкивающее и ласково, но в тоже время, в нем отчетливо слышались жалобные нотки.

Алика сделала робкий шажок вперед, опустила шпагу, вглядываясь в лицо старухи.

— Матушка? — позвала она женщину. Тоже удивительно тепло и почтительно. — Кормилица? Вы ли это?

Старуха чуть вздрогнула, нервно поправила головной платок, чуть наклонила голову.

— Кто тут? — теперь было понятно, что женщина испугалась.

— Не бойтесь, матушка, — воительница сделала еще один шаг ближе к хозяйке хижины. — Это только я, Алика Фемуан. Помните? Я прихожусь дочерью сестре Симона.

Старуха застыла, слушая голос незваной гостьи. По ее лицу легко читались эмоции. Внезапная радость, потом некоторое беспокойство, небольшая обида и грусть, но вдруг женщина ожила.

Неожиданно ловко она преодолела расстояние до Алики и схватила воительницу за руку.

— Девочка Фемуан! — в голосе старой женщины теперь звучало волнение. — Ты вернулась! Ты вернулась спасти моего мальчика!

— Да, — Алика успокаивающе гладила тонкую руку старухи. — Я пришла за ним. И привела друзей. Мы сможем помочь Симону.

Из слепых глаз кормилицы потекли слезы облегчения.

— Слава нашим богам, — причитала она. — Они услышали мои молитвы. Они прислали тебя, девочка! Спасибо!

Женщина попыталась поцеловать руку воительницы, но та не дала ей этого сделать.

— Не надо, кормилица, — ласково уговаривала Алика. — Не надо. Что вы… Просто дайте нам ночлег в эту неспокойную ночь. А завтра мы уже будем в замке.

— Конечно, конечно!

Теперь старуха поворачивала голову, чуть кланяясь в разные стороны, приветствуя гостей, которых не могла видеть.

— Проходите! — она указала на дверь. — Никто не посмеет тронуть вас в этом проклятом месте!

Мигель скорчил гримасу, услышав такое приглашение.