Книга Русич: Бей первым. Колонист. Генезис, страница 477 – Владимир Поселягин

— Смерти я не боюсь, сколько раз умирал. Знаю, что получу новое тело в недалеком будущем и продолжу жить. Однако посмотреть, что получится, если сообщить информацию о скорых событиях, я желаю. Вот и прошу вашей в этом помощи. Кстати, документы вашего сына и его семьи, все их имущество, включая этот автомобиль, я отдам вам. Вы по праву единственная наследница. Я по моральным принципам не могу претендовать на все это. Тем более благодаря бандитам мне есть на что жить. От вас мне ничего не нужно, разве что получение паспорта на имя Антона и сдача экстренном экзаменов в школе. Что дальше, еще решить нужно, от политической ситуации в государстве зависит.

— Я вам верю, Марк, но мне нужно подумать.

Она размышляла, пока мы, объехав пост ГАИ, въехали в город и добрались до арендованного гаража. Там я оставил машину с прицепом. Дом Ольги Петровны был недалеко. Это был элитный дом, «сталинка», и жили тут не простые люди. Квартира у профессора была четырехкомнатной с двумя балконами. Выходили во двор и на улицу. Приходящая горничная все убирала. Тут уже был накрыт праздничный стол, горничная позаботилась, тетя Вера, и мы посидели. Ольга Петровна все такой же задумчивой была. Потом ушла в другую комнату и недолго по телефону разговаривала. Вернувшись, сказала:

— У меня знакомый офицер есть, мы с ним в войну познакомились, даже роман был. Только жену он не бросил. Сейчас генерал армии. Командует войсками Ленинградского особого военного округа. Я позвонила ему, к счастью, он сейчас в Ленинграде. Думаю, это именно тот, кто тебе нужен.

— Возможно.

Генерал подъехал через час, мы посидели за столом, и я, без особой подготовки, стал рассказывать свою историю. Естественно, не все, но самую суть. Он слушал молча, и мой рассказ и мои воспоминания о девяностых, с разрушением Союза как государства. Я перечислил тех, кто поспособствовал гибели страны. Генерал человеком оказался начитанным, вопросы задавал вполне правильные и грамотные и к вечеру сказал:

— Марк, дай мне слово, что не будешь вмешиваться в историю. Для этого есть другие люди. Я вижу, что ты хозяин своему слову.

— Зачем мне это?

— Дай, – с напором сказал генерал. Ольга Петровна, что мышкой сидела в стороне, кивнула мне.

— Хорошо. Я не буду вмешиваться в историю, в этой жизни.

— Добро.

На этом и попрощался. Поцеловал ручку хозяйке и отбыл. Мы же переглянулись, и Ольга Петровна сказала:

— Комната готова, располагайся.

Три года спустя. Берег озера Ильмень, полдень

Подхватив вилами охапку сена, я забросил ее через верхние ворота на второй этаж сеновала, потом еще и еще. Куча от этого становиться меньше не собиралась. Вроде трактор «Беларусь» был, а привез как К-700. Ничего, за час накидаю. Это было прошлогоднее сено, хотя свежая трава уже подросла, живность домашняя на ней пасется. Однако сено было не для нее, а для сокрытия нужных вещей на сеновале. Живность мы не держим так, как соседи, но коза Машка и пес у нас были. Коза на улице привязана к колышку, а пес убежал с женой к озеру. Тут послышался рев мотора, «уазик» похоже. Такой же, что у меня перед домом стоит. Я на нем утром с ночной охоты приехал. Добыча уже разделана, часть в уличной печи доходит, на сковороде, тушится с гарниром, а остальное в морозильнике.