Книга Русич: Бей первым. Колонист. Генезис, страница 464 – Владимир Поселягин

— Я работаю в школьной стенгазете и готовлюсь поступать на журфак. Сейчас собираю материал на один случай, произошедший двадцать лет назад. В семьдесят первом, когда был убит американский подросток из автомата.

— Громкое дело было, слышал о нем. Только это не наше ведомство им занималось, а старшие товарищи из комитета, вот их вопросами и мучай.

— Спасибо.

Я и сам мог бы догадаться, что такой ответ будет, но не спросить не мог. Дальше добравшись до здания Управления Республиканского КГБ, сумку оставил в парке неподалеку, поднял на дерево, а потом, зайдя в здание, сказал дежурному:

— Здравствуйте. Я занимаюсь журналистским расследованием для школьной стенгазеты по теме нашего города и хочу узнать об убийстве американского подростка, что произошло девятнадцать лет назад. Мне к кому обратиться по этому вопросу?

— Минуточку, – ответил он и снял трубку, вызвонив коллегу.

Вскоре спустился какой-то офицер, но говорить мы стали не наверху в его кабинете, а в одной из переговорных на первом этаже.

— Как тебя зовут? – пригласив садиться на стул, спросил он.

— Валерий.

— Вот что, Валерий, это дело было таким резонансным, что работали там московские группы. Мы были на подхвате. И дело это засекречено до сих пор. Я ничего не могу сказать, потому что сам не знаю.

— Тогда, может, знаете, арестовали кого, или нет?

— Ничего.

— Ясно, извините, что побеспокоил.

Покинув здание Комитета государственной безопасности, я прогулялся по улочкам, слежки не было, и, забрав сумку в парке, направился еще в одно место. Машина перегружена, нужно подосвободить. Для этого существуют одноосные прицепы. Вот такой я и хочу приобрести. Тут СТО было, надеюсь, удастся договориться. Еще и фаркоп на машине нужно поставить. Зайдя в гараж, увидел на подъемниках несколько «Жигулей», одну «Волга» и два «Москвича» и, узнав, где старший мастер, направился в подсобку. Тот был один, заполнял какие-то бумаги.

— Чего тебе, малец? – мельком глянув на меня, спросил он.

— Отец послал. Я уже взрослый, чтобы самому этим заниматься. Он просил купить одноосный прицеп к нашему «Москвичу» и сделать прицепное устройство. Фаркоп называется.

— Да? – отложив ручку, уставился он на меня. – Цену на прицепы знаете? Это не самоделка какая-нибудь, а заводское устройство, малой партией выпускают на АЗЛК. Прицеп я себе купил, но, если накинешь сотню, отдам.

— Хорошо. Цена?

— Шестьсот рублей, прицепное устройство двадцать и работа двести.

— Устраивает. Посмотреть прицеп можно?

— Конечно.

Мы перешли в огороженный закрытый дворик, там стояли два прицепа, неплохие такие, на полтонны груза потянут. Причем не открытые, дуги стояли и тент. Синий почему-то. Задний борт, невысокий, откидывался, как у тракторных тележек и бортовых грузовиков. Закончив осмотр, я спросил:

— Когда подогнать машину?

Действительно меня устраивало все, среди трофеев у бандитов я обнаружил две тысячи рублей наличностью. Думаю, Верники сняли со счета, чтобы в дороге свободно с деньгами было. Мастер сказал, что хоть сейчас, больше всего работы с проводкой, чтобы на прицепе сигналы горели, а автоэлектрик пока тут. Так что я кивнул, покинул СТО и побежал к дому, где жила семья Верник. Открыл гараж, рядом никого, но ворота прикрыл, разгрузил машину, все заставлено оружием было, выгнал наружу, запер его и покатил обратно. Там сдал машину, получив квитанцию, сотню мастеру за прицеп отдал и отправился дальше. Обед уже прошел, час дня, я зашел в ту же кофейню и поел. В этот раз был суп мастава, с лепешками он пошел за милую душу. И снова под конец зеленый чай, над которым я медитировал. Нравился он мне. Подумав, я дошел до здания телеграфа и, пролистав карманный блокнот отца Антона, нашел телефон его матери, той самой бабушки-профессорши.