Книга Русич: Бей первым. Колонист. Генезис, страница 267 – Владимир Поселягин

Кто-то из британских генералов, просчитав ситуацию, решил подстраховаться, пленных стороной сопровождали драгуны. А может, и не сопровождали, чтобы не выдать себя. А зная, где будет стоянка, подошли ночью и теперь ожидали от меня возможных действий. Да, похоже времени я потрачу больше, чем рассчитывал. Побежал я к драгунам, прикидывая, сколько тех может быть. Оказалось, сотня. Шестеро выставлены в дозор и в наблюдение за лагерем военнопленных, остальные, стреножив лошадей, но не рассёдлывая, только ослабив подпруги, отдыхали в лесу. Если что, пару минут и они будут готовы к бою, строем налетев на тех, кто попытается освободить пленных. Почему сотня, тоже понятно, чтобы свалки не было, этого вполне хватит, тем более сколько со мной людей, русские моряки сообщили точно. Добежав до леса, как чувствовал, не стал в нём прятаться, а в открытый со всех сторон овраг спустил кареты и обошёл наблюдателей на опушке, те особо и не прятались, будучи уверенными, что в такую тёмную ночь их точно никто не увидит. Даже как-то и разочаровывать их не хочется.

Никто из драгун не спал, да и костры не разводили, лежали или, прислонившись к стволам деревьев, сидели и вели тихую беседу. Было бы их мало, ещё бы ничего, но их тут сотня, так что стоял лёгкий гул разговоров, пока не рявкнул офицер, чтобы те заткнулись. А мне этот гул помогал, три десятка успел зарезать. Резко зажимал рот рукой и ножом в сердце. Дождавшись пока перестанет дёргаться, также со следующим работал, снимая нож с ремня убитого. Все раны я запирал клинками, кони чувствительные, кровь почуют, а тут потёки слабые, пока не встревожились. Хотя пара коней и принюхивались тревожно, прижав уши, это первый признак. Я замер, когда наступила тишина, но чуть позже один зашептал, продолжая рассказывать смешную историю, я и сам прыснул, как и остальные, потом другой и лёгкий гул возобновился, помогая мне. На шести десятках офицер промолчал, ещё бы я прошлую ошибку учёл и навестил его, так что больше не будет вмешиваться в мою работу. Многие солдаты клевали носами, десяток уснуть успел, что изрядно мне помогало. Так что закончив с этой сотней, занялся наблюдателями. Лошади тревожно храпели, но работу я сделал. Дальше побежал к лагерю, меня ещё сотня солдат дожидается.

Тут было легче. Если часть солдат и прислушивалась тревожно к ночи, видимо ожидали меня, знали о засаде и о драгунах, то другие откровенно спали. С них я и начал, пробежался, сократил сотню наполовину, потом и с остальными поработал. Ну и стал бегать патрули отлавливать, их три было, плюс четыре солдата на часах стояли. После того я побежал обратно к каретам. Там обтёрся влажной тряпочкой от крови, скинув испорченную форму мичмана. Помылся, у нас бочонок с водой был, и надел свою форму, после этого, прихватив трёх морпехов, отправил сержанта с остальными к стоянке драгун с приказом собрать оружие, лошадей и вывести их к дороге, это всё для пленных. Матросы чуть позже подгонят кареты. Сам прошёл к ограде местного коровника. Подходили в открытую, морпехи несли факелы, их пучок был у солдат охраны, чтобы осветить округу от костров, вот я несколько и прихватил, возвращаясь к каретам.

Распахнув ворота, один из морских пехотинцев пропустил меня вовнутрь загона. Я пнул пару парней под ногами в рваной французской военно-морской форме.