Книга Маг, разрывающий на куски, страница 120 – Aki

Первый такой монстр не стал лезть в общую свалку. Он остановился в отдалении, на холме, который ещё не успели сравнять с землёй, и просто… посмотрел на Артёма.

Артём физически ощутил этот взгляд в тот миг. Тяжёлый, изучающий, холодный. В нём не было животной ярости обычных энтов. В нём было что-то другое. Какой-то расчёт, стратегия — то, что заставило похолодеть кровь в жилах.

А потом монстр поднял то, что можно было назвать рукой — сплетение толстых, покрытых корой ветвей — и указал ею в сторону Артёма.

И мир вокруг него взорвался.

Из земли, прямо под ногами ударного отряда призраков-архимагов, вырвались сотни корней. Но не простых — эти светились изнутри мертвенно-зелёным светом и несли в себе такой заряд дикой магии, что даже бесплотные сущности на мгновение замерли, а потом начали таять, рассыпаясь синей пылью.

— ЧТО? — Артём не поверил своим глазам.

ЭНТЫ НАУЧИЛИСЬ УБИВАТЬ ЕГО ПРИЗРАКОВ!

Они адаптировались… Снова. Быстрее, чем он мог предположить.

Вслед за корнями с неба обрушился ливень шипов. Каждый был размером с копьё и нёс в себе тот же зелёный, разъедающий свет. Призраки, пытавшиеся прикрыть Артёма своими телами, гибли десятками.

А энт-архимаг на холме смотрел и… улыбался, ублюдок. Если конечно щель, разверзшаяся в центре его ствола, могла считаться ртом.

— Ну, сволочь… — прохрипел Артём, выблёвывая новую порцию крови из разорванных органов. — Давай, поиграем.

Он сжал кулак, и вся его ярость, вся боль, вся ненависть сосредоточились в одной точке — в груди этого чудовища.

Десять призраков-архимагов огня, которых он призвал из глубины памяти — тех, кто когда-то учил его самого, — взметнулись в воздух и обрушили на холм всю мощь своих заклинаний…

И спустя миг холм исчез в багровом зареве. Земля расплавилась, потекла огненными реками, а энт-архимаг дико завизжал — пронзительно, высоко, как никто из его сородичей раньше. Его тело корчилось в адском огне, ветви-руки ломались и били вокруг в агонии, кора лопалась, и из-под неё хлестал тёмный, густой сок.

Он горел… Долго, мучительно, с таким воем, от которого закладывало уши даже у Артёма, уже привыкшего к крикам дохнущих тварей.

Но когда огонь погас, и на месте холма осталась лишь оплавленная, глубокая воронка, из неё, из самой глубины, полезли новые монстры.

Двое.

Четверо…

Восемь.

Они были меньше первого, но их было больше. ГОРАЗДО БОЛЬШЕ!

И они уже не стояли на месте… Они двигались к Артёму, перебирая мелкими ножками, и от их тел исходило то же мертвенное зелёное свечение.

— Да сколько же вас… — выдохнул Артём.

Ответа у него не было. Спустя пару секунд его уши вновь заложило от воя, шипения, а веси мир превратился в бесконечный, нескончаемый поток зелёной, шевелящейся массы, которая, кажется, решила во что бы то ни стало сожрать его.

Он снова сжал кулаки. Снова призвал призраков. И снова ринулся в бой.

И война вокруг него лишь набирала обороты…

К исходу дня сражение приобрело масштабы, немыслимые для человеческого восприятия.

Артём стоял в центре бури, сотворённой из сотен стихий, бушующих в бешеном, неуправляемом танце. Вокруг него, на многие километры вокруг не осталось ничего, что напоминало бы прежний мир.

Земля превратилась в месиво из расплавленного камня, гниющих растительных останков и чёрной, пульсирующей плоти. Небо над ним почернело, атмосфера испортилась, разорвалась, и сквозь неё лились потоки космического холода и радиоактивного излучения.