Книга Маг, запирающий страны, страница 63 – Aki

Последняя фраза прозвучала не как вопрос, а как приговор для пожилой женщины. Как ультиматум, высеченный на внутренней стороне её черепа.

Линь Сяо не могла кивнуть. Не могла ответить. Она могла только смотреть на это исчадие ада в облике её бывшего начальника, на этого бога-мстителя, который оказался по их сторону баррикад, и чья ярость была страшнее ядерного огня.

— Да… — тихо прошептала она, чувствуя, как её губы немеют. — Понятно, старейшина Вэй.

— Хорошо, — прошипел он, и чёрно-белое сияние вокруг него начало сходить на нет, втягиваясь обратно в его теперь молодое, мощное тело. Камера показывала теперь лишь тёмную, пустую сферу разрушения и его фигуру в центре. — У вас есть 24 часа на первичные предложения. Не разочаруйте меня. И, доктор… — его голос приобрёл леденящее, почти ласковое звучание, — помните. Теперь я лично буду следить за каждым вашим шагом.

Связь прервалась. Экран планшета погас, отразив её собственное бледное, искажённое ужасом лицо.

Тишина в комнате стала вдруг оглушительной. Гул серверов, который всегда был фоном, превратился в навязчивый, зловещий шум. Воздух стал невероятно густым и невыносимо душным.

Доктор Линь Сяо медленно, как в кошмарном сне, опустила взгляд на свои руки. Они дрожали. Мелкой, неконтролируемой дрожью. Она попыталась сжать их в кулаки — пальцы не слушались.

Старейшина… маг… Пиковый уровень… Чёрно-белая стихия…

Мысли путались, не складываясь в единую картину. Самый влиятельный, самый консервативный, самый человечный и великий из старейшин… был самым могущественным магом, которого она когда-либо видела вживую. И он скрывал это. Зачем? Для чего? И почему сейчас… почему он показал эту силу?

Сознание тут же выдало логичный ответ: потому что игра изменилась. Потому что противник оказался не просто магом. Богом. И против бога можно выставить только другого бога. Или того, кто готов стать дьяволом, чтобы убить его.

«…готов принести в жертву хоть всю Империю…»

Эти слова эхом отдавались в её пустой голове. Это был не метафорический гнев. Это была программа. Абсолютная, бескомпромиссная цель. И её, Линь Сяо, холодного, расчётливого учёного, сделали главным архитектором этого нового, ещё более безумного, чем прежний, плана.

Она оттолкнулась от стола, пытаясь встать. Ноги предательски подкосились. Она не упала, а скорее сползла на холодный полированный пол. Колени подогнулись, спина ударилась о ножку стула, но она не почувствовала боли.

И тут её накрыло.

Волна, против которой не было защиты. Её тело начало биться в мелкой, судорожной дрожи. Зубы стучали так, что, казалось, они вот-вот раскрошатся. В груди что-то сжималось, не давая вдохнуть полной грудью. Она обхватила себя руками, пытаясь сдержать тремор, но это только усилило его.

Она сидела на полу, прижавшись спиной к холодной металлической ножке стола, и смотрела в пустоту. Перед её внутренним взором снова и снова проносились кадры: рассыпающиеся в пыль стены, взрывающиеся на щепки подлокотники, и эти глаза… эти белые, горящие глаза в молодом лице старейшины…

Он был прав. Ужасно, чудовищно, абсолютно прав. Сосуществование было невозможно. Они подняли руку на бога. Нет, они плюнули ему в лицо, пытаясь убить. И русский бог этого не простит. Не такой бог, которым мог стать Первый. Тот, русский, с золотыми глазами — он мог стать только жестоким и холодным божеством, подчиняющим всех вокруг.