Книга Маг, запирающий страны, страница 42 – Aki

Но взгляд в эти золотые глаза не оставлял выбора. Отказ значил… что? Что это существо сделает с их бункером? Разберёт его по атомам? Или просто откроет все гермодвери и впустит радиоактивный ад внутрь?

А ещё… Он привёл их. Через ядерную пустошь. Он взял на себя ответственность за этих людей. В этой мысли было что-то, что перевернуло все прежние представления Климова о Первом. Это был не просто гневный бог. Это был… настоящий пастырь. Строгий, безжалостный, но ведущий своё стадо к спасению.

Климов перевёл взгляд на Орлова. Тот, всё ещё бледный, медленно кивнул. Они понимали друг друга без слов. Реальность изменилась. В их уравнение выживания добавилась новая, доминирующая переменная. И она могла стать их собственным спасением.

Климов повернулся обратно к сияющей фигуре.

— Мы впустим их. Карантинный блок будет расширен. Мы сделаем всё, что в наших силах. Но у нас нет гарантий, что сможем всех вылечить. Наши ресурсы крайне ограничены. Этот бункер никто всерьёз не готовил к условиям ядерной войны и почти весь бюджет был разворован, а потому мы находимся в крайне затруднительном положении.

Золотой призрак кивнул, один раз, коротко. Жест был почти человеческим, но от этого не становился менее пугающим.

— Достаточно. Лечение — моя задача. Ваша — дать им стены и убежище. Откройте шлюз «Альфа-3». Я проведу их через зону заражения и самостоятельно очищу.

Он сделало шаг вперёд, и сияние вокруг него снова заколебалось, готовясь раствориться в воздухе. Он на мгновение остановился, в последний раз взглянув на Климова.

— И, полковник… Президент. Иван Сергеевич. Где он? Я не чувствую его жизни поблизости.

Вопрос прозвучал так же ровно, но Климов уловил в нём едва уловимое… ожидание? Неужели этот человек, теперь уже явно шагнувший на ступень божественности, до сих пор сохранил свои старые привязанности и личность?

Климов покачал головой.

— Кортеж Верховного был уничтожен в первой волне. Мы считаем его погибшим. Связи с другими возможными убежищами сейчас нет. Я… являюсь старшим уцелевшим офицером в этом секторе.

Слепые глаза на мгновение застыли. В них, казалось, промелькнула сложная цепочка мыслей, переоценка нового мира… А потом существо просто кивнуло.

— Понятно. Климов, с этого момента вы подчиняетесь мне. Готовьтесь к приёму людей. У вас есть один час.

И, не дожидаясь ответа, сияющая фигура потеряла чёткость. Человеческие контуры поплыли, растворились в золотой дымке и ослепительном сиянии, которое, в свою очередь, сжалось в яркую точку и исчезла с тихим, разрезающим воздух хлопком.

В зале снова стало просто темно от ламп аварийного освещения. Пыль медленно оседала на стол. Никто не двигался. Не решался.

Климов медленно опустился на стул. Его руки дрожали. Он сжал их в кулаки, чтобы скрыть тремор.

— Полковник… — прошептал Орлов. — Это… это был он?

— Это был он, — тихо, но жёстко подтвердил Климов. — Но уже не тот, которого я знал. Это… следующая стадия.

Он поднял голову, и в его глазах, уставших и полных боли, зажглась искра той самой железной решимости, что спасла их всех сутки назад.

— Вы всё слышали. У нас один час. Майор Орлов — откройте шлюз «Альфа-3», но только внутреннюю камеру дезактивации. Полный протокол биологической и радиационной очистки. Доктор Семёнова — мобилизуйте весь медперсонал, все запасы антидотов, всё, что есть. Капитан Горский — пересчитайте запасы, составьте экстренный план расширения карантинной зоны. Петрович — следите за сейсмодатчиками. Теперь мы знаем, что вызывает активность.