Книга Маг, сдерживающий армии, страница 131 – Aki

В голове, вопреки приказу, всплыл образ. Не Президента. Первого. Его одинокое, искажённое болью и яростью лицо в момент падения на чёрное стекло. Существо, мечтавшее стать гарантом от безумия, знало, что главное безумие уже плетётся вокруг него, тихо, методично, обволакивая его липкими, невидимыми нитями государственной необходимости. Знало, но не сопротивлялось. Оно также использовало нас, как мы использовали его.

Кто мы такие, чтобы спасать мир, Иван Сергеевич?— подумал я, обращаясь к темноте за спиной. — Мы всего лишь пауки в банке. И вы, самый большой из нас, решили, обустроить её по-своему. Воистину великий человек.

Я нажал кнопку лифта. Двери открылись беззвучно, поглощая меня. Подъём в аналитический отдел. Снова к работе. К воплощению в жизнь холодного, бездушного, безупречного плана чёрного паука, решившего, что будущее должно быть сплетено из лжи, крови и расчёта, потому что другого будущего для таких, как мы, просто не существует.

Аналитический и оперативный отделы гудели. По коридорам спешно передвигались люди, то тут, то там слышались недовольные окрики, а у каждого второго встречного круги под глазами уже почернели, от чудовищного недосыпа.

Работы было СЛИШКОМ много.

Тишины здесь, в этом подуровне кремлёвских катакомб, не было и в помине. Всё пространство было забито рабочей — густой, насыщенной низким гудением серверов и противным потрескиванием аппаратуры шумом. На огромном сводном экране, разделённом на десятки секторов, текла жизнь страны: графики перемещений наиболее важных целей, расшифровки перехватов, живые видео с камер наблюдения, новостные сводки, бегущие непрерывной текстовой строкой.

Данные. ДАННЫЕ. Текст. Записи. Фото. Репортажи. Срочные включения. Экстренные оповещения. Сообщения от искусственного интеллекта. Сводные отчёты других групп. Везде была ИНФОРМАЦИЯ. Это была кровь, воздух, лёгкие, сердце и пища огромной государственной машины, раскинувшейся на трети континента.

Полковник Климов стоял перед центральной консолью. Он не садился уже шесть часов. Не спал — более двенадцати. Но даже так его спина была идеально прямой, но не из-за военной выправки — просто тело запомнило это положение как наиболее экономичное для длительного бодрствования. На скуле под свежим швом пульсировала тупая боль, отдающая в зубы, но он научился отделять её от рабочего процесса. Боль тоже была просто данными — показателем стресса, усталости, необходимости ввести анальгетик при первой возможности. Не более.

И напоминание о таком необходимом мне в ближайшие пять часов. Дальше бодрствование слишком сильно притупит восприятие и работать станет опасно для подчинённых.

На планшете перед Климовым горел список. И планов к ним. Каждый план требовал целого набора и обязательного подтверждения.

К-1 (Крутов А. В.): Протокол ликвидации.

· Операция «Кардиограмма»: внесение изменений в медкарту за период 9–12 мес.

· Исполнитель: Петров Л. И., терапевт поликлиники № 143.

Стимул: угроза разоблачения в деле о фиктивных справках (2019 г.).

Гарантия: продвижение сына в мед. академию.

· Основное вмешательство «Утро»: мониторинг маршрута пробежки, присутствие агента «Тень» для визуального контроля результата.

· Временное окно: 06:30−07:15.

Климов провёл пальцем, поставил цифровую подпись. Генерал Алексей Владимирович Крутов, герой второй чеченской, человек, лично водивший в атаку танковый батальон под Ульяновском, стал частью инструкций с чёткими временными окнами. В его кабинете на столе, вероятно, всё ещё стоял недопитый коньяк рядом с портретом Жукова. Климов мысленно представил эту сцену: старый солдат, преданный призракам прошлой войны, снова пишет письмо внуку о чести. Почему-то этот вояка любит делать всё так старомодно, даже несмотря на компьютерный век.