Книга Жажда бессмертия. Том 10, страница 36 – Морфиус

Победа?

В исступлении я продолжил свой путь, шаг за шагом, по жидкому пеплу. Но небольшого вливания силы на автомате хватало, чтобы не утопать и идти по поверхности. Пока разум выплывал из тех глубин просветления, что теперь уже были не нужны. Мысли начали путаться. Но ярость, бесконечная, начала убывать. Так что когда я сделал последний шаг, внутри уже не клубилось злости. Теперь я не ощущал ничего.

— Достойная битва… — Посмотрел я на оплавленные кости. Кости того, кто был мне учителем и наставником. Того, кого десяток секунд назад я ненавидел сильнее всего на свете. Сейчас же я испытывал только жалость. Жалость к его судьбе. К тому, что все так вышло. К тому, что мы оба сожгли все ради победы в этом бессмысленном бое. Сражении, что было определено даже не нами, а жестоким Небом и Парагоном, что и заставили нас схлестнуться. Мог ли Гай уйти? Мог. Но теперь и я прекрасно понимал его. Его слова о предопределенности смерти. Ибо ту гамму эмоций, что я испытывал еще во время разговора, сложно было передать. Просиди мы дольше, и может, я напал бы сам. Эта сила пугала. Заставляла вспомнить о том, что мы всего лишь пешки. Или скорее муравьи, которые вынуждены выполнять свою работу, не в силах изменить свою судьбу.

Но прошла секунда, вторая. А ничего так и не произошло. Кости не двинулись. Духовная сила не соткалась в духа. Впрочем, этого и не должно было случиться, ведь шар награды уже висел над трупом. В сторонах висели и куча даров, что явно выпали из пространственного кармана. Но затмевая все это, прямо передо мной, вопреки логике, висел уже материализованный кристалл.

Лишь ничтожная часть, лишь тень от тени могущества, лишь отражение в отсвете реальности… Осколок… того, кого называют творцом миров. Осколок, что вечно стремится стать частью целого.

Обугленные пальцы, на которых почти не осталось мяса, потянулись к нему. А соблазн поглотить новый осколок затопил разум. Затопил неправильными, слишком яркими мыслями. И именно это заставило меня остановиться. В последний момент. Испытывая невообразимый соблазн. Рука дрогнула и отодвинулась, вместо этого цепляя полупрозрачный шар привычной награды, в которую осколок парагона почему-то не вошел. И тут же поглощая несколько капель силы и направляя этот обжигающий поток в регенерацию. Я мог бы излечиться мгновенно. Но все имело свою цену. И теперь я это понимал как никто другой.

Через несколько минут я смог разлепить веки, восстановив глаза. И наконец поднимая их взгляд вверх. К небу. Серому, но уже светлому. Видимо, тут начался рассвет. Хотелось что-то прокричать небесам. О несправедливости того, во что они втягивают меня и бессчётное число других людей. Не только тех, кто носит осколки. Но и всех других. Ибо легко размышлять о возможности взять все силой, когда ты силен. Но только сейчас, когда мне объяснили мою роль, заключающуюся в том, чтобы умереть, неважно когда. И умереть с единственной целью, чтобы еще на микрон приблизить мифический момент возрождения кого-то там. Когда мне показали, что моя судьба предопределена, я по-настоящему проникся ненавистью к Небу. И ко всему, что с ним связано. Хотелось прокричать, что я что-то изменю. Вот только я прекрасно осознавал, что глупо было надеяться на подобное. Ведь вся моя сила на фоне вселенского миропорядка — просто ничто.