Книга Сотканный мир. Часть 1. Перерождённый, страница 60 – Ринат Таштабанов

Вверх, как можно выше! Только там ещё осталось свободное пространство, чтобы выскочить из этого капкана.

Тварь продолжает на мне висеть, как мешок с картошкой. Мертвой хваткой. Внезапно, она, на пару секунд поворачивает свою башку и смотрит вниз, туда, где находится моя смерть.

Затем снова переводит взгляд на меня, и, я в этом абсолютно уверен, если бы этот монстр мог улыбаться, то его пасть, сейчас бы, разошлась бы до ушей, которых у него тоже нет.

«Почему? Почему он не пытается меня скинуть вниз? Почему, так быстро изменил своё намеренье? Что с ним произошло?»

Я тяжело дышу и, до меня, наконец доходит, что эта тварь хочет жить. Безумно! И она использует меня, как свою единственную возможность выбраться из этой западни. Как локомотив, который должен вытащить нас обоих.

Умру я, сдохнет и это существо.

Выживу я, и у твари появится шанс не превратится в желе. А, где-то там, внизу, должно быть ещё одно существо. Если и оно вцепится в меня, то двоих мне уже не вытащить.

И я подтягиваюсь.

И… раз.

И… два.

И… три.

Сделал!

Я перевешиваюсь из этой прорехи. Сначала до пояса, а потом и дальше.

Перегибаюсь на ту сторону. Выдёргиваю нож и втыкают его стенку туннеля по самую рукоятку. Теперь это — мой якорь, и я, едва не выворачивая себе ногу, на которой висит тварь, из коленного сустава, выдёргиваю себя из этой долбанной щели падаю вниз, в грязь, не забыв выдернуть нож.

Тварь, с ловкостью обезьяны, цепляется за края прорехи, тоже подтягивается, и, выпрыгивает из неё, точно приземлившись рядом со мною.

Сука!

Бой разгорается с новой силой.

Я быстро поднимаюсь, выставляю перед собой нож и готовлюсь к схватке с существом, которое выше меня на целую голову и покрыто костяной броней.

А оно смотрит на меня и никуда не торопится, явно осознавая, что, несмотря на свою худобу, оно обладает неимоверной физической силой, запредельным уровнем ловкости и явно сильнее меня, поэтому этот монстр и не парится. Чего ему беспокоиться? Я же никуда не денусь. Вот он — корм, совсем рядом!

Я смотрю на эту тварь и замечаю, что у неё есть… Млять, что это такое⁈

Не успеваю вам это рассказать, как, в уже почти сросшейся прорехе, в самом верху этой щели, показывается вторая тварь!

Она, явно прыгнув снизу, цепляется пальцами за края и пытается вылезти оттуда, откуда доносится чавканье ползущей вверх субстанции.

Морда твари покрыта ожогами от кислоты. Кожа свисает, как лохмотья, один глаз вытек, но она всё лезет и лезет, как насекомое, которое хочет выбраться из пасти схватившей его лягушки.

Тварь вылезает почти до половины, как прореха зарастает, в буквальном смысле этого слова, и тварь оказывается в западне. Ни туда, ни сюда. Ловушка захлопнулась!

А дальше происходит то, что я ожидал, но не думал, что это будет настолько отвратительно, когда ты увидишь это своим глазами.

Тварь дёргается. Дёргается, как безумная, как припадочная. Она упирается лапами в стенки туннеля и пытается себя вытащить, хотя она уже вросла в саму плоть этого места, и это, всё равно, что оторвать себе руку.

Я, и первое существо, смотрим на неё, а представление только начинается.

Я почти слышу, как тварь истошно вопит, хотя у неё и нет рта, но это чувствуется по её каждому движению.

Рывок следует за рывком. Тварь мотается из стороны в сторону, упирается в стенки туннеля ещё сильнее, и я уже начинаю думать, что она, вот-вот, разорвёт себя пополам.