Онлайн книга «Трон галактики будет моим! Книга 10 — Мёртвая рука»
|
Я держал кокон уже почти сорок секунд и наконец-то понял, изучив тактику соперника, что в моменты, когда он наносит удар, то замирает. Замирает, примеривается, и делает удар — сильно дольше такого, который позволителен в такой ситуации. А из этого явно следовало, что него была не самая лучшая техника фехтования, которую он пытался скомпенсировать энергетической накачкой оружия и молниеносными бросками. Кроме того, плазменная плёнка возникала не сразу, а через долю секунды после появления, в момент, когда он замахивался. Ага. Выходит, что у меня после каждого удара есть чуть больше секунды, чтобы совершить манёвр. К тому же, он ниже меня ростом, к тому же — без амуниции, по крайней мере, видимой. Что ж, вполне достаточно, неплохое преимущество. Тридецимус не вмешивался. Пока не вмешивался. Он наблюдал — то ли готовя что-то, то ли сохраняя нейтралитет по одному ему известной причине. А ещё я понял, что Энергии Большого Взрыва у меня здесь сильно меньше, чем должно было быть на поверхности. Семь километров базальта, всё-таки, глушили потоки энергии от звёзд. Ну, и не только у меня такое было — Вова сдался первым, сдержав куполом кокона последний удар Великого Князя. Сдержал и рухнул на колени, ровно на чехол с моим оружием, словно пытаясь прикрыть его. В этот момент Елисей уже отскочил от него, «возник» у меня за спиной и наверняка ещё не понял, что Вова стал беззащитным… У меня было меньше секунды, чтобы снять свой кокон, поднырнуть под занесённую противником руку, перехватить его за запястье, дёрнуть через себя и пробить в верх живота коленом. Великого князя на пару секунд согнуло пополам, и я изловчился — успел подхватить лежащую наверху чехла сапёрную лопатку, а затем уже на излёте пробил противнику ботинком в спину. Падая, он снова «замерцал», обнаружившись в дальнему углу помещения, откуда швырнул две ударные волны в нашу сторону — их сильно погасили колонны в зале. Я в первую очередь подскочил к Вове. — Я… не могу… — произнёс Вова, с трудом контролируя дыхания. — Ваше… Высочество, герой Александр, Силы… нет силы… — Всё хорошо. У меня тоже нет. Сторожи ворота, — приказал я, а сам, перехватив лопатку, зашагал в дальний угол. — Убей!! Поднимись!! — продолжали командовать голоса наверху. — Ты видишь! Видишь! — донёсся голос Великого Князя. — Они повелевают мной! Все они! Они командуют мной с того света… Ты встал у нас на пути… — С того света? Чего ты несёшь? — уже глубоко наплевав на политес и ещё недавнюю вежливость диалога, спросил я. — Это мои друзья… мои однокурсники… мои родственники… Они уходили от меня один за другим и возвращались в таком виде! Они живы, пока жив я! Никто не может встать у меня на пути! На какой-то короткий, очень короткий миг я даже пожалел его. Действительно, это очень неприятно — получить от Орды бандерольку с головой друга или, тем более, родственника. На меня на Помпее та голова несчастного капитана корвета произвела неизгладимое впечатление, хотя мы с несчастным и не были знакомы. А тут! А тут, похоже, всё было куда запущенней. В отличие от капитана, от разума тех, кому принадлежали головы ранее, не осталось ничего. Только нейронный передатчик, управляющий голосовым аппаратом и оставшимися органами чувств. Я уже достаточно нажалелся в последние месяцы. Я пожалел ордынца, сидевшего в клетке. Я пожалел и не распылил на атомы Черепа, позволив тому бежать. Буквально минут тридцать назад я пожалел сына своего нынешнего противника — кто знает, к чему это приведёт? |