Книга Трон галактики будет моим! Книга 10 — Мёртвая рука, страница 103 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

— Может, это Орхидея? — предположила Даша. — Мы же туда вроде бы и хотели.

— Может. Давайте предположим, что это Орхидея. Просто у нас Внутренние Экраны почему-то сглючили.

Однако я уже чувствовал, что надежды на это особой нет. Волнение на море, кстати, было приличным, но скоро началась отмель, и мы уже начали доставать ногами до берега, лишь иногда помогая себе руками.

Наконец, когда воды стало по грудь — я отпустил Дашу. Мы уже почти были у берега, когда я с огромным удовольствием отстегнул шлем скафандра и вздохнул полной грудью. Приятный морской ветерок отлично проветрил вспотевшую голову.

— Птички поют! Тёплый воздух! Да мы в рай попали.

И тут Даша вдруг вскрикнула:

— Саша, сзади!

А затем меня кто-то попытался схватить за загривок и унести.

Ага, птички. Ну как же! Расслабился ты, Саша. Оказалось, что все эти крики и парящие в небе силуэты были не птичьими. Меня атаковала тварь вроде немаленького птеродактиля — метра четыре размах крыльев, острые когти, схватившие меня за загривок и расцарапавшие шею.

Нечто подобное, насколько я помнил, напало на меня в тростниковых зарослях на полюсе Герберы — ну, не удивительно, на всех планетах встречаются похожие эволюционные стратегии. Только у этой тварюки было целых четыре лапы, силёнок побольше, и после второй попытки, она попыталась схватить меня снова.

За что получила ударную волну прямо в хлебальник, да настолько мощную, что переломала все крылья и полетела далеко, по параболе, наверное, на метров семьдесят.

— Упс. Не рассчитал! — непонятно перед кем, видимо, перед местной биосферой — извинился я.

А следом атаковала вторая, уже с другой стороны. Правда, увидев, что случилось с первой, она в самом конце как будто бы передумала, попыталась затормозить, замахав крыльями, но тут уже Даша активировала плазменное сопло на своём гиацинтовом браслете, а ещё и я полуинстинктивно её шваркнул ударной волной, да так, чтобы она на этот раз долетела до берега.

Мы ещё немного погребли и дошагали уже до отмели, где можно было идти пешком, по пояс в воде.

— Ты ранен? — спросила Даша.

— Пустяки. Всё равно хрен бы она меня утащила.

— Не пустяки… Мы на неизвестной планете. У тебя аптечка есть?

— Есть, но я бы не стал тратить её на такие пустяки, — кивнул я.

— Ничего не пустяки! — воскликнула Даша. — Доставай давай.

— И не подумаю. Вообще, зачем переживать, если у нас лопатка есть? Вспомним курс полевой медицины! Ого, посмотри-ка, что у нас тут! — тут я обратил внимание на обломки, прибитые волнами к берегу.

А это были деревянные доски, сломанные, уже не то гнилые, не то морёные, примерно в два пальца толщиной. Ещё валялись какие-то куски ткани, рваные верёвки, крупные незнакомые орехи в скорлупе.

И кости.

Но главное, что это точно были доски — не просто обтёсанный волнами ствол, не просто обломок ствола — явно следы человеческой деятельности.

— Скорее всего, следы чьего-то кораблекрушения, — резюмировал я.

— Досочка! Здесь люди! Точно же? — едва не запрыгала от радости Даша, но вдруг слегка помрачнела, снова вглядевшись в доски. — Или не люди?

— Это почему ты так решила?

— Вот это что такое за технология?

А технология мне была вполне понятна — из доски торчала металлическая широкая кривоватая головка с одной стороны — и четырёхгранный острый конец с другой. Я таких гвоздей очень, очень давно не видел. Примерно с тех пор, как в один из эпизодов своей псевдожизни в Пантеоне не отправился «на деревню к бабушке». Правда, это была не вполне деревня и не вполне бабушка, но вот точно такие же кованые гвозди XIX-го века Старой Эры в избушке я там точно видел.