Книга Трон галактики будет моим! Книга 9, страница 50 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

Придется это всё взрывать. Артиллерия с орбиты сюда не дотянется. Естественный инкубатор для миллиона зародышей, из которого с часу на час выйдет миллион ордынских огнеупорных морпехов, оставлять нельзя.

И лучше бы нам поторопиться. Если они оттуда полезут, хрен мы эту дыру заткнем. Нас просто массой сомнут.

Хорошо, что в рюкзаке у Макса лежит одна из моих родимых семейных бомб, спасибо любимой бабушке, она их для меня в достатке запасла.

Ну сейчас я вам устрою грандиозную яичницу…

— Макс, — мрачно произнес я. — Доставай мегатонку. Время пришло.

— Жахнем? — довольно отозвался Макс скидывая с плеч огромный рюкзак на дно океана.

— Обязательно, — усмехнулся я. — Прямо сейчас, никуда не откладывая. Всё гнездо чудовищ в труху.

— Ну наконец-то, — заржал довольный Макс.

Его завтраком не корми, дай только подорвать ядерный фугас покрупнее.

Он извлек из рюкзака две увесистые половины ядерного фугаса, соединил их, скрутил болтами, получив пока еще разъедиеннную подкритическую массу, настроил детонирующую обжимную оболочку, протестировал. Можно закладывать.

В этот момент Вова Крестовский и заорал, так словно его резали.

Я аж подпрыгнул, мгновенно развернулся на месте с бластером и лопаткой наготове, заметался взглядом по котловине над лавовым озером, никакой активной опасности. Только Вова, вцепившись руками в задницу, вопил со всей мочи, бессмысленно мотыляя ногами, так что аж всплыл в воде над поверхностью.

— Что? — заорал я. — Вова⁈ Что с тобой?

— Протечка! — простонал Вова.

— Чего? — удивился я.

— Протечка! — повторил Вова. — Вода снаружи! Всю задницу обожгло!

— Тьфу, блин! — возмущенно воскликнул я.

Десантники заржали в голос. Скафандр Вовы дал слабину в самом не героическом месте из всех возможных. Видать, его там кто-то из ордынцев кусанул перед бесславной гибелью, от одного только бессилия, а Вова и не заметил. А тут, во время передвижений, ткани скафандра окончательно треснули, потеряли герметичность, вот и случился конфуз. Герметизирующий гель уже залил внезапную протечку и застыл, закупорив пробоину, прервав поступление воды под давлением в скафандр Вовы, и, в целом ему уже ничего серьезно не угрожало. Хотя понимаю — крутым кипятком, да по ягодицам, и из скафандра не выскочишь, там деваться некуда, тот ещё экстремальный опыт, должно быть. Ожоги наверняка будут роскошные.

— Обезболивай, Вова, — мрачно бросил я. — Все обезболивай.

— Да я уже, — простонал Крестовский. — Уже! Но все равно больно, блин!

Да уж, наверняка. И больно, в основном от самой ситуации. И тут конечно не знаешь, спасать или смеяться.

Десантники без малейшего проявления уместной товарищеской эмпатии, втихаря гыгыкали, и всё не могли уняться. Мда, вот и слилось твоё посвящение в рыцари, Вова. Тебе это героическое ранение еще долго вспоминать будут.

Придется подождать и потерпеть до другого уместного случая.

— Ладно, хватит ржать, — буркнул я. — Давайте, заминируем эту матку поплотнее и свалим отсюда, пока самих не накрыло. Сделаем это по-быстрому.

Дроны-разведчики Октавии кружили над маткой, передавая данные на мой тактический экран. Макс с парой парней для перекрытия на месте, переплыл на слабых выхлопах маневровых двигателей доспехов на торчащую из лавового поля сторону ордынской матки. Там их попробовали остановить псевдоразумные шипы, выскочившие из щелей в корпусе, но они их быстро и без рефлексий порубили мечами и продолжили свое дело.