Книга Трон галактики будет моим! Книга 8, страница 97 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

— Саперная лопатка, что ли? — нахмурился я. — Её мой оруженосец отмывает от вражеских кишок.

— Оруженосец! — воскликнул живописец в полном восторге. — Я должен это видеть! Я обязательно должен пообщаться с вашим оруженосцем!

— Октавия, покажи дорогу, — устало бросил я, и Ультрамалевич умчался в указанном направлении.

Что ж, если Вова должен пострадать от навязчивого внимания увековечивателя — он пострадает. Ведь для того оруженосцев и заводят. Ну, я так думаю. Пусть меня прикрывает, такая его доля тяжкая

Потом мне позвонил четырнадцатый Патриарх Ганзоригов лично.

— Ну, как вы там? — спросил он первым делом.

— Да ничего так, — тут же насторожился я. — Добиваем разобщенные силы противника. На той неделе думаю закончим некоторые недоработки по глухим углам и можно принимать планету.

— Да я насчет «Прозерпины», — как бы нехотя произнес патриарх.

Ну начинается…

— Это был форс мажор и непредвиденные обстоятельства, — немедленно отозвался я в ответ. — Виновные уже наказаны и обязуются выплатить стоимость корабля из личных средств.

— Да это ладно, — патриарх примирительно махнул рукой. — Что, я не понимаю, что ли? Война есть война, дело обычное. Я о другом.

— О чем другом? — прищурился я.

— Ты это… после падения, там на борту не находил ничего необычного? — осторожно поинтересовался патриарх.

— В смысле? — удивился я. — Там все наперекосяк, разбито в хлам. Нам не до поиска необычного было. Мы там в круговой обороне стояли. Батый, кстати показал себя молодцом.

— Ну, я рад. Он хороший мальчик, — покивал Угэдэй, явно довольный достижениями внука.

— Так что насчет обломков? — уточнил я. — Отправить туда кого-то поискать, что вы там потеряли?

— Не стоит. Если там всё разбито, то пусть так и остается. Это пожалуй и к лучшему, — задумчиво отозвался Угэдей.

— Ну как скажете, почтенный, — озадаченно отозвался я.

На том мы пока разговор и закончили. Чего хотел? Зачем звонил? Чот я не понял.

А потом до меня как дошло!

Да он же явно не хочет, чтобы то, чем развлекался его почтенный предшественник публично всплыло! Он тех самых киберов для личных утех от внимания общественности скрыть хочет.

Ну что тут сказать? И я хочу. Я вообще против того, чтобы к обломкам авиаматки кто-то лез. Я там даже сторожа уже оставил, чтобы там никто посторонний ничего не вынюхивал. Полное совпадение интересов, мне кажется. Неплохо так получилось. Гармонично так. А Олдриным накажу туда не лезть ещё лет сто, под угрозой нарушения секретности и безопасности.

Потом я награждал отличившихся бойцов.

Пилотов, десантников, палубных техников вместе со мной обронявших «Прозерпину». Партия медалей, уже подогнанных Ультрамалевичем, оказалась весьма кстати. На платиновой медали с лицевой стороны изображалось северное полушарие Войпеля с отметкой места падения «Прозерпины». И надпись выше на вычурном первоимперском «За Войпель». А ниже «За стойкость в круговой обороне». А на обратной стороне, список микрошрифтом всех кто в этой круговой обороне устоял, все четыреста с лишним человек. Без микроскопа не разглядеть, конечно.

Я построил всех на причальной палубе флагмана и при полном параде вручил такую медаль каждому. Бойцы принимали эту медаль с гордостью.

А для бойцов Килла и Манджаро, которые теперь официально назывались «Леопарды Килла и Манджаро» я приготовил особенную награду.