Книга Трон галактики будет моим! Книга 8, страница 82 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

Иоланта мрачно нахмурилась и промолчала, а я на это только рукой махнул:

— Смотри и учись. И это всех касается, господа практиканты. Все учитесь. Это порой полезно.

Внушив таким образом студентам почтение к науке и самосовершенствованию, я растянул кокон над верхней палубой с наиболее угрожаемого направления и обозначил его контурами на голограмме. Вова отошёл дальше и установил рядом свой кокон, втрое меньше размером, что не удивительно, он у него начального уровня. Им мы прикрыли людей Манджаро на огневых рубежах.

Остальным членам экипажа я приказал оставить позиции снаружи и спускаться вниз к госпиталю в глубине корпуса. Там безопаснее.

Октавия, как могла, оживила защитные экраны над верхней палубой и привела в готовность системы активной защиты, те, что удалось оживить добрым словом высшего серва и его тяжелым пинком по корпусу соответствующих агрегатов.

Что могли — мы сделали. Остается только молиться, но это не в моем вкусе, и тем от кого у нас тут все зависит, это отлично и так известно.

Взлетка у меня под ногами вздрогнула. Это начали стартовать наши противоракеты, причем с невероятно отвратительным визгом, от которого пробрало до костей. В жизни такого не слышал, эти ракеты в атмосфере не используют, вот и не было случая мне услышать их мерзкий вой.

За створом полыхнуло, раз, второй, третий. Подлетающие ракеты нарывались на противоракеты. Взрывы неядерные, но тоже мощные. В сотне метров от траншеи закипел воздух и загорелись кустарники — это с кораблей флота дотянулся дальнобойный лазер, сбив с траектории одну из ракет.

Но не все. Не все.

Я нутром почуял, как первая ракета угодила в мой кокон, а потом и вторая. Третья таки сбила кокон, а четвертая пробила корпус корабля и взорвалась внутри.

Ударная волна пронеслась по отсекам, разрушая все на своем пути в безлюдных помещениях. Поток горячего воздуха пронесся по палубе, качнув меня на месте. Вова с Иолантой пригнулись. Октавия даже не прищурилась и кратко констатировав:

— Одно попадание. Потерь нет. Аварийная герметизация отсеков.

Кокон Вовы, оказывается, одновременно тоже поймал свою ракету и погасил её взрыв, отразив факторы поражения.

— Легко отделались, — пробормотал я, разгоняя ладонью взлетевшую сквозь голограмму пыль. — Всем вернутся на позиции! Противник приближается.

Они этот фейерверк затеяли, чтобы под его прикрытием приблизиться вплотную к кораблю, взять на штык нашу оборону.

И они теперь они придут уже очень скоро. Все вражины, что собрались вокруг. И это будет жестокий, ближний бой.

Я шел к створу взлетной полосы, проверяя свой бластер, приводя доспехи в боевое состояние. Я в стороне стоять не стану и намерен по мере сил участвовать в общем развлечении.

Батый со своими бойцами из пилотов космопланов, оставшихся без космопланов и технической обслуги, постороил баррикады из обломков и грузовой техники. Они держали под контролем взлетно-посадочный створ. Самая большая дыра в корпусе этого корабля. Прямоугольник сто на двести метров примерно. Чтобы убывающая и прибывающая эскадрильи могли пройти его одновременно. А при случае — чтобы пара кораблей второй размерности смогли свободно сесть, например, среднемагистральные транспортники. Теперь это ворота нашего замка. Ворота без створок и подъемного моста. Зато с кинетическими пушками в турельных башенках по периметру. Большая часть пушек явно была цела. Это я сразу понял по тому, как зашевелились их стволы взяв на прицел новые множественные цели на горизонте.