Книга Трон галактики будет моим! Книга 8, страница 42 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

Во сне меня прозорливо никто не рискнул потревожить. А снился мне глобус Войпеля, тактическая голограмма, рацветающая всеми цветами жизни и Агата Кристицина, весьма легкомысленно одетая и скептично взирающая на этот неожиданный цветник.

Повернувшись ко мне, она дерзко бросила:

— А вы все по глобусу воюете, адмирал?

Я даже и не нашелся, что ответить. Ну как бы да, блин, планетарная, всемирная война у нас тут, а вы что предлагаете, на салфетках планы компании чернилами набрасывать?

Бывает же, что такая хрень приснится…

Но проснулся я вполне отдохнувшим и бодрым. Вот только спал я в полной адмиральской форме, что скверно отразилось на её состоянии. Ну да и черт с нею, новую надену, ещё не ношенную. Но сначала душ, гигиена, медитация, кофе. А потом на завтрак война, это уж непременно, прямо отсюда и до обеда. А обед, это святое. Войны начинаются и заканчиваются, а жрать хочется всегда.

— Ну, и чего у нас сегодня плохого? — жизнерадостно поинтересовался я подключаясь к информационной сети «Прозерпины».

— За время вашего отдыха ничего чрезвычайного не произошло, — сообщила мне приятно смущенным голосом Прозерпина. — Над вторым экваториальным лифтом слабая облачность. Ожидаются осадки. Желаете чашечку кофе с утра?

— Спасибо, Прозерпина, — ледяной голос Октавии ворвался в канал и сразу стало ощутимо прохладнее. — Я уже позаботилась о завтраке, господин адмирал.

— Но от кофе я бы не отказался, — усмехнулся я про себя этой сцене ревности. — По-нашему, по-герберски.

— Уже ждет вас на столе, — произнесла Октавия входя в спальню с новой сменой адмиральской формы и махровым банным халатом. — Желаете сводку по флоту и планетарным силам к завтраку?

— А давай, — улыбнулся я. Октавия как всегда, незаменима.

Дела наши развивались неплохо. Накопление сил и средств ко второму этапу наземной операции практически было завершено. Воздушные силы, продолжали вылеты всю ночь и все утро, не давая силам противника сконцентрироваться, собраться в кулак. Уже были потери, но больше от технических неисправностей, чем от противодействия жидкой вражеской противовоздушной обороны. Работа лифтов после окончания боёв была восстановлена в полном объеме. Попыток прервать их работу пока не было. Значит, еще будут. Я в халате после душа позавтракал яичницей на сытном кисубачьем сале с посыпкой из аппетитно хрусткой пустынной саранчи. Резко континентальный герберский завтрак. Потом, сок, кофе, медитация.

Медитировал я на личной адмиралтейской галерее с видом на планету и флот над нею. Медитировать, конечно, эффективнее на голодный желудок, но после умеренного завтрака тоже допустимо. Хотя мой учитель из Академии бы не одобрил, ну да он вообще мало меня одобрял.

Вот пока я так на расслабоне медитировал, прямо в халате, до меня дозвонился Мендес.

— Ну как там мои обормоты? — весело поинтересовался он.

— Неплохо, неплохо, — одобрительно отозвался я, не меняя позы «Растущего лотоса» на одной ноге. — Под обстрелом показали себя стойко, самообладания не теряли.

— Вас там уже обстреляли уже, что ли? — удивился Мендес. — Надеюсь, издалека?

— И издалека, и в упор, — усмехнулся я. — Пришлось сменить корабль, так мой флагман изрешетили.

— Ничего себе, — встревоженно произнес Мендес. — «Евгений» не в строю? У вас там сейчас жарко?