Онлайн книга «Трон галактики будет моим! Книга 6»
|
Гуль через полдня пропал из виду, потерявшись в рассеянном свете аккреционного диска Упыря, занимавшего здесь полнебосовода. А мы достигли нужной высоты над ним, пока еще относительно безопасной для корабля, если о таких вещах вообще стоит говорить в такой близи от Чёрной Звезды. Гадюка черной точкой скользила вдоль шапки бешено разогнанного сияющего раскаленного газа, а угнанного у меня корабля нигде не было видно. — Ну, где он, этот недоносор? — пробормотал я озирая пространство на проекционном экране оптического телескопа. — В смысле, «Навуходоносор»? — озадаченно уточнил Утырок. — Ну, ты верно уловил, молодец, — усмехнулся я. — Он самый, недоносок, да. — Не видно, — отозвался Утырок. — Нет нигде. — Вот и я о том же, — произнес я. — Пойдем на облет, он должен быть где-то здесь… — Так вот он, — Утырок показал пальцем. — На той стороне Гадюки был, только на горизонте показался. «Кархародон» проплывал над Гадюкой практически вплотную, где-то в километре, не больше. Изрытый кратерами черный бок астероида стремительно поворачивался под нами, и там, на стороне, вечно повернутой к Упырю и залитой мертвым светом аккреционного диска и обнаружился похищенный у меня корабль. Вообще, по виду это не корабль был межзвёздный, а всего лишь большой челнок. Может, и прилепили «гейзенберга», но посудина та ещё, очередной франкенштейн в мире кораблей. Он затаился на дне небольшого, но глубокого кратера. На борту явно никого не было, даже бортовые огни погашены. — Что-то не вижу никого живого, — произнес Ублюдок. — Куда они все подевались-то? Ушли все куда-то? В этот момент волосы на всем теле у меня зашевелились. Притяжение хищного гиганта здесь сказывалось, перебивая притяжение палубной гравитации. Мы были очень близки к необратимости… А потом поток внезапных сигналов пробежал по сигнальной системе внутреннего оповещения, усыпав все предупреждающими сигналами. — Какого дьявола? — проговорил я отрывая руки от управления. — Это ещё что такое? Пацюк Игнатьевич! Выглядит так, словно искусственный интеллект корабля ожил! — Да там нечему оживать! — возмутился Пацюк Игнатьевич, запуская тесты. — Глубокая и необратимая лоботомия, сколько лет уже прошло! А в канале связи издалека словно накатывающийся гром зарокотало глубокими басами: — Бли-и-и-и-же… — Вот черт, — ошарашенно проговорил Пацюк Игнатьевич. — «Кархародон» голос подал! — Ближе? — озадаченно повторил я. — Куда уж ближе? Там уже горизонт событий, оттуда уже не вернешься, дорога в один конец, без возврата, падение на миллионы лет… — Бли-и-и-и-же… — грохочущее повторил призрачный великан в каналах связи мертвого мозга корабля-зомби. А затем все огни, сигналящие о его активности в системе разом угасли, словно свечи задуло порывом ледяного ветра. — Да как же так, старичок? — пробормотал Пацюк Игнатьевич. — У тебя же мозгов нет… Ты же не должен работать, не то что говорить! Так он и не живой, как и был мертвее мертвого! Хотите, сами тесты прогоните, капитан Кома! — Я вам верю, Пацюк Игнатьевич, — ответил я. Потому, что действительно верил. Иногда такое дерьмо просто случается. И мертвые говорят. В этом Войде слишком много с эпитетом «тёмный». И что с этим делать — непонятно. Обычно на курсах для имперских адмиралов советуют всё такое, непонятное-необъяснимое игнорировать, оно само и рассосется… А Войды — обходить по касательной. |