Книга Трон галактики будет моим! Книга 6, страница 33 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

— Ну, что, — улыбнулся я ей когда все контейнеры переместились на трап. — Давай прощаться. Ты очень мне помогла. Снова. И я этого не забуду. Помнится, я обещал тебе поцелуй на прощание?

Снегирина смущенно улыбнулась, посмотрев на толпу собравшихся, слегка нерешительно шагнула мне навстречу, а я её обнял и поцеловал, как мог, тепло и нежно. В губы.

Наш поцелуй всё длился. длился и длился. Пацюк Игнатьевич, дожидавшийся меня на штурмовом трапе, даже закашлял со намеком, мол, хорош народ баламутить — пора и честь знать.

— Ладно, — Снегирина толкнула меня в грудь. — Вали уже, принц под прикрытием. А то уже на отпущу.

И я свалил. А то и впрямь не отпустит, в плен возьмет, чисто для личного использования, а как я тогда от неё отбиваться буду?

Но интуиция у неё, всё-таки, невероятная…

Наверное благодаря этой интуиции она не стала тянуть с отлетом, — когда мы сложили лепестки ударного клюва и вытащили наш штурмовой трап из борта её тягача, её маленькая команда в скафандрах быстренько залила монтажным гермогелем оставшуюся после нас пробоину, и тягач отвалил от нас, утаскивая за собой огромные километровой длины прицепы с биомами.

А потом, неспеша разгоняясь, «Ностронмикон» вышел на предпрыжковый трек и исчез в длинной синей вспышке двигателей Гейзенберга, утащившей тягач с его грузом подальше от нас, поближе к новым приключениям.

А мы возвращались на «Кархародон» с добычей в клюве. Я был абсолютно доволен. Абордаж прошел образцово! Образцово-показательно прям!

Мы въехали на трапе обратно на абордажную палубу. И пока мы с Пацюком Игнатьевичем консервировали инструмент, остальны усердно таскали на палубу нашу добычу.

Но сюрпризы на этом не закончились.

— Кома, у нас тут заяц! — громко сообщил Ублюдок.

Они вместе с Утрыком как раз таскали контейнеры с добычей на палубу.

Чего? Заяц? Какой ещё заяц в космосе?

Но, это действительно оказался заяц. В смысле — неучтенный пассажир. Под крышкой, внутри контейнера, который они только что перетащили, прятался какой-то пацан!

Рыжий и голубоглазый, как Октавия.

— А ты кто? — немного прихренев спросил у него я.

— Я Женя Хоккин! — радостно ответил нам голубоглазый заяц. — Попрошу с двумя К. Я с вами, господа пираты!

Охренеть!

— И зачем ты влез сюда? — несколько в шоке спросил я.

— Я хочу с вами! — воскликнул этот шальной заяц. — Это же так круто!

— Что круто? — не понял я прикола.

— Ну как же! — воскликнул рыжий соискатель приключений. — Ходить на рейдерах Вольного Флота, грабить торгашей, отстреливаться от имперцев, захватывать призы, собирать сокровища и искать клады, делить добычу и прогуливать всё в каждом вольном порту! Круто же!

Ну охренеть теперь. Фанат пиратский на мою голову. Начитался в детстве сказок, сериалов насмотрелся. Вот только этого мне тут и не хватало!

А Снегирина уже улетела. И я бы на её месте поступил бы также. Кто знает, реальны ли сокровища, что я ей посулил? Сначала стоит унести ноги подальше, а потом прикидывать.

— Снегирине это точно не понравится, — пробормотал я.

— Да ничего не будет! — довольно сообщил мне этот рыжий. — Снегирина моя сестра. Двоюродная. Я записку оставил.

Ваще охренеть. Восхищенный юнга, родственник капитана с космического тягача, по семейному принятый на борт, чтобы набирался ума и стажа, бежавший доброволец в пираты. Теперь Снегирина с меня точно шкуру спустит, если поймает, конечно.