Книга Трон галактики будет моим! Книга 6, страница 121 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

— На Гефесте, — ответил Василий Гаврилович. — Но я ей только что отправил письмо по квантовой связи.

Это хорошо, что отправил. И даже немножко волнительно.

— А где Октавия? Ты знаешь? Где она? — наперебой спрашивали меня.

— Октавия скоро будет, — подмигнул я компании. — Потерпите шесть-семь дней. Будет вам сюрприз.

Когда радость от обнимашек стихла, ко мне подлетел ближе десяток дронов-репортёров, и все замолчали. Пришло время сказать речь.

А я особо не готовился, конечно. Поэтому был лаконичен.

— Ну, что говорить, друзья мои. Пришёл, увидел, победил. И, заодно, стал герцогом. Славься, Империя!

И ушёл с импровизированной сцены на верхней ступеньке трапа. Пусть сами думают и строят догадки, а я потяну ещё интригу.

Мне не терпелось уже хлопнуться в родную кровать в своём особняке, отведать свежую партию сыра нашей суперкоровы Полины, потрепать загривок Юлию и Цезарю и предаться иного рода гедонизмам! Вот они, кстати, подбежали. А ростом-то уже повыше меня будут, уже практически взрослые раптусы!

Ну, и пошёл, и хлопнулся в свежезастеленную кровать, и попробовал сыра, пролежал весь день, поедая фрукты.

А ордынский катлас герцога Войда и Тёмную Бутылку я определил на стену. В аккурат между Тёмным молотом и серпом Жнеца.

Вечером всё-таки поборол лень и мизантропию и сходил на вечерний шашлык к Семёнычу, и в камерной обстановке узким кругом коротко рассказал, где я всё это время пропадал.

— Войд! Пираты! Ничего себе! Как тебя угораздило-то? — спросили меня свои.

— Захотелось, знаете ли, небольших шалостей.

— Значит, чуть в чёрную дыру не свалился?

— Ага.

— А Потёмкин, значит, всех порвал?

— Всех, — подтвердил я.

— Какой молодец Потёмкин! Лови шашлычок.

— А Череп, значит, мёртв?

Я кивнул.

— Да. Он был тем ещё говнюком, но при прочих равных — он был достойным соперником. И успел, пусть и недолго, быть нашим однополчанином, носил орден Команды Безумие. Я привёз его, похороню на аллее у Академии, там же, где планирую поставить памятник. Предлагаю помянуть минутой молчания.

Ну, мы честно помолчали минуту.

— Так где Октавия?

— Увидите, — сказал я, вглядываясь в тёмное небо на востоке.

Про наш финальный этап, про свой титул и про своё приключение с Тёмной Богиней я рассказывать не стал. Мусорный пояс пересекала тонкая, едва заметная полоска, которая казалась отсюда паутинной нитью.

— Это то, о чём я думаю, Семёныч? — спросил я

— Ага! — довольно кивнул Семёныч. — Уже почти готово. На днях — пуск, вовремя ты приехал.

— Какой-то он… хиленький, не кажется?

— Так это ещё строительный, — пояснил Василий Гаврилович. — С помощью него станция будет собираться. Но скоро уже можно будет пользоваться.

— А пошли! — скомандовал я. — Уже не терпится взглянуть.

Ну, мы погрузились на пару глайдеров и поехали загород.

А масштабы строительства, раскинувшегося прямо за внешним периметром города — впечатляли. Во-первых, строительный городок Коварольского треста на несколько десятков тысяч человек уже напоминал полноценный пригород Королёва — свой блочного типа госпиталь, своя школа, она же детский сад, торгово-распределительный центр, свой строительный комбинат, здоровенный ангар на сотню машин — даже своя стоянка для строительных челноков была. И своя охрана на двух здоровенных атакующих шагоходах, которая после короткого диалога Семёныча спокойно пропустила нас к святая святых — строящейся лифтовой станции.