Книга Трон галактики будет моим! Книга 4, страница 92 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

— Ну, что ты, — улыбнулся я. — Ты недостаточно подробно изучила мой обычный распорядок дня. Впрочем немудрено и пропустить. Я обычно такие незначительные вопросы решаю ещё до завтрака.

Епифания остановилась, посмотрела на меня, покачала головой:

— А ты действительно наглец…

— Причем вполне отдающий себе отчет об этой своей восхитительной черте, — заметил я подняв указующий палец.

— А я-то приехала, чтобы тебя спасти, — вздохнула Епифания.

Я повернулся к ней и внимательно на неё посмотрел. Не. Не врет. И ведь действительно. Ехала сюда, чтобы спасти меня. Ну, так как она это понимает.

— Я очень тронут, — серьезно произнес я. — Меня не так часто спасают, как может показаться.

— Ну, — пожала плечами Епифания. — Мы люди друг другу не посторонние. Конечно я хочу найти приемлемый выход из этой дурацкой ситуации.

Ого как. Я конечно слышал, что у Сирот широкий взгляд на контрактные обязательства, но похоже даже моему изощренному воображению было далеко до их истинного взгляда на подобный вопрос.

— А как же Церберов? — почти искренне удивился я.

— Церберов? — очень так знакомо скривила дерзкую бровь Епифания. — Этот надменных хряк? Он может идти к черту.

— А неустойка по контракту? — мягко намекнул я.

— А вот это как раз то, что я хотела бы с тобой обсудить, — заметила Епифания.

Ух, ты. Как интересно. Хотя, разговоры о деньгах — это всегда интересно.

— Я целиком открыт твоим предложениям, — улыбнулся я.

— Ну, я надеялась, что ты перекупишь наш контракт, — выдала Епифания.

— Ух ты! Вот это поворот! — весело воскликнул я. — А как же наша будущая дуэль? Три на одного кажется?

— Вот я как раз о ней, — энергично покивала Епифания. — Корпорация очень и очень не любит терпеть убытки. Я просто обязана думать о прибыли. И если корпорация получит двойную прибыль, всю эту безумную историю с вызовом суверенов они просто пропустят между ушей, я гарантирую. Тебе только нужно нас победить.

— А я смотрю, ты в меня безоговорочно веришь, — весело заметил я.

— Да потому что я тебя, сволочь моя ненаглядная, знаю как облупленного, — заявила Епифания и кажется с вполне искренним возмущением. — Я тебя три месяца изучала! Спать ложилась с разведданными о твоем рейде на Хтонь. Я всё о тебе знаю! Что ты ешь, что ты пьешь, как работаешь, как медитируешь. Как ты давишь на слабые точки врага, и как мало сил тебе надо, чтобы загнать противника в угол, из которого он уже не выберется. Думаешь, почему старый хомяк, барон Церберов нас нанял? Он до смерти боится, что ты схватишь его за шкирку до того, как он смоется с планеты, с остатками капиталов за щекой. И мои сиротки тебя до усрачки боятся. И уважают. Уважают, так как бояться. Из них брызги полетят, если ты нажмешь на них слишком сильно.

Не скорою, слушать о себе такое было приятно.

— Так что ты предлагаешь? — решил все-же уточнить я.

— Хорошая война, — заявила Епифания. — Знаешь, что это такое?

Я улыбнулся Епифании и не стал хвастать, что это я и изобрел это явление более ста лет назад. Точнее, переизобрел, ну, да это уже мелочь…

Хорошая война — это такой режим, максимально приближенный к турнирным условиям. Их очень ценят военные туристы из высшей аристократии и наёмники всех сортов. Они же все на войну не погибать в бою прибыли, в конце-то концов. Удачно проведенная хорошая война приносила потери, сравнимые с учениями или массовой охотой, на уровне статистической погрешности. Был у меня такой конфликт ещё в молодости, почти сразу после Академии, на Первопрестольной. Примерно таким способом я его и разруливал.