Книга Трон галактики будет моим! Книга 3, страница 94 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

Бригадир кивнул.

— Знаю, о чём ты, повелитель. У некоторых племён действительно пропадают люди. Потому что некоторые племена угоняют семьи в рабство. И наше племя раньше, когда дела были плохи, угоняло.

— Хм. Вот как? И куда вы их девали?

— Оставляли у себя, давали работу и кров. Раб у пустынгеров — это не то, что раб у разного рода космических ублюдков. Раб сидит за общим столом, ест ту же еду, что и хозяин, а как только рабу исполнится тридцать лет — становится свободным, и волен сам выбирать, уйти или остаться.

Надо будет спросить у Кукушки, подумалось мне, что она думает на тему патриархального рабства. Но я не унимался. Потому что первые звоночки того, о чём мне когда-то сказала Лу Олдрина, уже прозвенели в беседах с приходящими на поклон пустынгерами.

Рабовладельцы были. И точно собирали людей среди пустынгеров.

— Это всё прекрасно. Но что ты знаешь о людях со звёзд, которые воруют ваших детей?

Бригадир тут же помрачнел и кивнул.

— Такие тоже бывали. Всегда. Но наше племя, как и соседний союз горных племён всегда выставляет стражу у яслей, чтобы не дать никому обворовать нас. Если у кого и воруют — у племён победнее и послабее.

— Например?

— Поляне, коричневоголовые и племя Большой мамочки, пожалуй, — почесал он репу и ответил. — Там и не так заметно будет, и отпора они не дадут.

Я ещё долго с ним пробеседовал — поспрашивал и про внесистемные банды, и про экономику и торговлю племён, уточнил про специализации.

А вечером, осмотрев вторую бригаду, которая строила укрепления у въездов в город, я позвал к себе Петеньку Скорого.

— Ну? Засиделся у нас?

— Засиделся, — кивнул он. — А чего, Александр? Выгоняете меня?

— Вроде того. Даю тебе секретное поручение.

— О. Это мы любим.

— Возьми, как раньше, десяток клеток с курицами, ещё и сыр прихвати. И прокатись по племенам Полянам, Коричневоголовым и Большой Мамочки. Ну и Южное Болотное можешь захватить. И соберёшь для меня кой-какие сведения…

Выслушав подробности, Петенька кивнул и поморщился.

— Это ж… самая попа мира, господин рыцарь. Ну да ладно. Чего не сделаешь ради Империи. Только я Андрона захвачу, да? А то скучно будет.

Я подумал — и отказал.

— Слушай, оставь-ка ты его мне. А возьмёшь Прохора. Он парень покладистый, и поможет без разговоров. А Андрон мне может понадобиться самому. Чтобы как-то компенсировать — я тебе повышу жалование в четыре раза. Считай, командировочные.

— О, отлично! — Петенька потёр ладонями. — Командировочные я люблю.

Следующее утро не предвещало ничего тяжёлого. На веранде у филиала магазина Севостьяновой — а мы его уже превратили в полноценное кафе — восседали три старшеньких Аннушкиных с понурым взглядом, а напротив сидела Иоланта, и то ли отсчитывала их за что-то, то ли учила уму-разуму.

Макс нежился на шезлонге, Даша с бригадой, снятой с «Песца» чинила пробоины в «Принце Евгении». Пробоин оставалось немало, но большинство жизненно-важных отсеков проверили на герметичность, и проблем в следующем полёте быть не должно.

Я присел на веранду, заказал ещё одну кружечку кофе, прислушался к разговору. А Иоланта меж тем блистала знаниями и воинственно командовала над женским братством:

— … С мужчинами следует обращаться строго и в соответствие с уставом. Любое неподчинение карать физически. Никаких оскорблений в свой адрес. Помните, что комплимент может быть завуалированной издёвкой…