Книга Трон галактики будет моим! Книга 3, страница 89 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

— А мне награду дадут? — ревниво поинтересовался Принц Евгений.

— Конечно, — отозвалась Октавия. — Только ты один приходи.

— Мы потом тебе еще эту звезду на корпусе нарисуем, — усмехнулся я. — Будешь ты у нас героический орденоносный крейсер.

Кажется, эта идея пришлась Евгению по душе.

Но не всем награда понравилась. Кое-кто почувствовал себя буквально оскорбленным, когда я звезду ему на грудь повесил.

— Какая же ты все-таки живучая и пронырливая сволочь, рыцарь Александр, — пробормотал Череп, прикасаясь к Хтонической Звезде сияющей на его груди. — Купить меня решил?

— Я тоже высоко ценю твои лучшие душевные качества, Череп, — хладнокровно усмехнулся я в ответ. Ишь, какой нежный нашелся. Оскорбился наградой, приколист.

— Сочтемся еще, — махнул рукой Череп и угрюмо похромал к себе в каюту, восстанавливать из руин порушенное моей непрошенной милостью эго.

Нда. Некоторых ничто не подкупит и не исправит.

Ладно, он это переживет.

Были у меня и другие дела. Нужно было ковать железо, пока пожар Хтони не остыл.

— Господа, — я занял место перед Легавым и Правофланговым сидевшими в кают-компании. — Короткая беседа, вы позволите?

— Конечно, командир, — подобрался Легавый.

— Хорошо, — я кивнул. — Вы отважно сделали свой вклад в эту операцию, господа и отныне я не имею морального права вас удерживать. Вы свободны. На Гербере сможете сесть на любую попутку до Центральных Систем.

— Если позволите, господин рыцарь, — осторожно начал Легавый. — Я бы хотел остаться.

— Ага, — озадаченно произнес я. — Неожиданно. Внезапно. Свежо, я бы сказал. А почему так?

— Мы сражаемся, — пожал плечами Легавый. — Сражаемся против безусловного врага человечества. Моя совесть чиста и я честен сам с собой впервые за… за очень долгое время. Вы командир, я ваш солдат. Меня все устраивает.

— Буду рад видеть вас на моей стороне, — улыбнулся я.

Кажется он воспрял духом. Вот что с человеком жаркие курорты глубокой пустыни делают! Ни намека на депрессию!

— А ты что думаешь? — спросил я улыбнувшись у громилы Правофлангового.

— Так я это… — засмущался Правофланговый. — Я бы тоже, если не откажете, командир. Вам же нужен правофланговый? Вы сами меня так обзываете всё время.

— Говорил, — согласился я. — Значит, ты принят.

Потом был разговор с Питером Блейзом.

— Ну что, Питер? Как тебе наша маленькая операция?

— Впечатляюще, — отозвался Питер. — Даже великолепно. Рискованно, безрассудно и великолепно. Ты, пожалуй, мог бы справиться с этим всем и без меня. Где ты так научился?

— Бабушка много в меня вложила, — пожал я плечами.

— Нда. — пробормотал Питер. — Я бы и сам не отказался от такой бабушки.

— Ты недооцениваешь себя, Питер, — покачал я головой. — Хороших командиров кораблей сейчас трудно найти.

Питер криво усмехнулся, похлопал себя по звезде на груди:

— Ты же понимаешь, что я не смогу носить эту награду открыто? И что и я, и Череп скажем Церберову, что отказались от статуса горожанина?

— Я понимаю твое положение, — кивнул я.

— Спасибо, — кивнул Питер в ответ. — Но эта звезда навсегда останется в моей памяти и в моем сердце. Я благодарен тебе, что был там. Что я видел эту твою победу.

— Я победил там вместе с вами, — упрямо отозвался я.

— И за это тоже тебе спасибо, — усмехнулся Питер. — И не сомневайся, я этого никогда не забуду.