Онлайн книга «Трон галактики будет моим! Книга 3»
|
У меня в этот момент заиграла в памяти ритмичная неслыханная здесь минималистичная музыка заокеанских преступных кварталов. Р-р-рам-дам-дам! Да-дарам-дарам-дам! Ну, а теперь пошли девочки! Пошли! По одной! В атаку! Горничные Иоланты, расфуфыренные лишь чуть сдержаннее своей госпожи, выходили из глайдеров одна за другой, словно модели на подиум, окатывая все сущее вокруг материально ощутимой волной первосортного высокомерного презрения. Первая несла за Иолантой её черный, как душа всех грешников, зонт на длинной ручке. Зонт легендарный, по слухам, способный противостоять не только солнечным лучам, дождю и граду, но и проникаюшей радиации, балистическим снарядам и даже выстрелу корабельного бластера в упор. Не знаю, не проверял, может и врут. Другая горничная несла ту козырную Иолантину трость с палладиевым навершием в форме шара с картой её титульной планеты Коварол. Внутри трости спрятан от чужих взоров обоюдоострый композитный меч по имени Язык Зла. Могу подтвердить из личного опыта — язык этот у Иоланты весьма острый и злой. Третья, аж наклонившись назад, шествовала, едва удерживая на поводках рвущихся вперед и роющих землю когтистыми лапами моих красноглазых раптусов, Юлия и Цезаря, в широких парадных шипастых ошейниках. Рапторов мы прихватили просто прогуляться, ну и подпустить пыли в глаза. Народ, собравшийся на нас поглазеть, от их сдавленного ошейниками рычания просто в стороны шарахался. На плечах раптусов сиял городской герб начертанный Иолантой лично, краской из собственного косметического набора. Четвертая горничная невозмутимо и изящно, без малейшего напряжения несла на кончиках пальцев черный лаковый поднос с черными бархатными перчатками эрцгерцогини, украшенные сияющим на солнце бриллиантами. Вдруг потребуется какому хаму в бесстыжую морду перчатку кинуть. Не с руки же её сдирать? Пятая горничная на похожем подносике и столь же непосредственной манере несла сияющий гранями узкогорлый кувшин с прозрачной, как слеза водой, и два тонконогих фужера. А то вдруг его Высочеству потребуется срочно горло промочить в общественном присутствии, а в гостях мы чужого ни-ни. Не пьем. Народ, окружающий огороженную стражей баронов площадь, наш триумфальный парад тщеславия вполне оценил. Кто-то у входа в Ассамблею даже жвачку из распахнутого в изумлении рта выронил. Такую церемонию не сочинить, даже специально, сплошная же артистическая импровизация на почти голом, так сказать, энтузиазме. Привратники, согнувшись вдвое нечеловечески синхронно распахнули обе створки дверей Ассамблеи перед надвигающейся Иолантой без всякого стороннего побуждения, на одном сословном инстинкте и восхищенном энтузиазме. Она прошла внутрь, не одарив их даже намеком на внимание, как и ожидалось от столь высокопоставленной особы. Пока внимание всех было отвлеченно на парад моделей, я спокойно и без шума покинул глайдер и поднялся по лестнице. За мной скромно и не отсвечивая следовала Октавия с бомбой в стильном рюкзачке за плечами. Бомбой способной разнести и этот город и космодром и пол-планеты вообще… Бдительный, как филин, Макс замыкал наше скромное шествие. Надеюсь, местные лестницы и перекрытия выдержат его вес, здание-то не новое… — Ну ничего себе! Вот это явление! — приветствовал меня Питер Блейз в холле Ассамблеи. — Ну ты и выдал марш всех родов высокомерия! |