Книга Трон галактики будет моим! Книга 2, страница 99 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

Да уж, контраст со Скотинкой был значительный. Умеют же делать кибермозг кораблям, когда хотят!

— А ты попробуй угадать? — усмехнулся я.

Тут виртуальная девица округлила глаза и испуганно поджала ножки к груди, прижавшись к сиденью пилота.

— Ты похищаешь меня⁈ Угоняешь?

— Ага. Именно так.

— Я… буду кричать!

— Тише, тише. Летим давай. Вот сюда.

— А… Сюда — можно… — снова став томной и игривой, произнесла Мария-Антуанетта. — Пристегнитесь, мой капитан!

Как же был мягенький взлёт и какая мягкая посадка! Не испортила даже слабая искусственная гравитация и неполная компенсация перегрузок. Вообще, мной, повидавшем в космосе разное, небольшие и плавно растущие перегрузки воспринимаются нормально, если корабль не трясёт и не мотает из стороны в сторону.

В общем, мы описали три четверти круговой орбиты, скорректировались и пошли на посадку в Церберске.

Город для меня был новый. Стоял он почти на границе полушарий, на берегу большого озера Южное, которое тут тоже называли Морем. Средиземноморский климат, пальмы, виллы вперемешку с трущобами — всё как и обычно в подобных местах. Мы прицелились на торможении, как и ожидаемо, на самое живописное место — на большую частную парковку шаттлов в виллах, стоящих на искусственном полуострове.

Меня уже ждала Варвара, сопроводившая к нужным воротам. За которыми на меня тут же и набросилась госпожа Церберова-Мельброд, ничуть не стесняясь присутствия серва, и принялась стаскивать одежду.

Далее в программе были купание в здоровенном частном бассейне на закате, яства, распитие коктейлей, не сильно крепких — благо, страсти к чему-то гораздо более опасному и запрещённому у Виктории не наблюдалось. Ну, и море разного рода любовных изощрений и акробатических этюдов, конечно. В разного рода помещениях виллы и на открытом воздухе.

— Почему здесь? — спросил я после, когда мы уже ужинали при свечах.

— Здесь безопаснее встречаться, — пояснила она. — В столице после конфликта Церберовых и Крестовских неспокойно. Хотя, судя по всему, они уже помирились.

Она замялась на миг, но потом всё-таки решилась.

— Знаешь… В общем… у меня есть информация для тебя. Я должна показать.

Она махнула рукой, открывая личный коммутатор. Порылась в видеозаписях и открыла.

Это была то ли скрытая камера, то ли трансляция из глаз серва. В обоих случаях не особо разрешённая конвенциями технология, но — тем не менее.

И на видео я узнал в дверном проёме Виктора Церберова, восседающего где-то в покоях в большом банном халате.

— … Иванов? — спросил он. — Выскочка. Крейсер, значит? Учитывая, что он сделал с Крестовским-младшим… нет, пожалуй, в биатлоне пусть участвует. У нас сделка, я ему слово дал, сам позвал, а мы слово держим, ведь так?

— Угу, — ответил немногословный собеседник, который оказался за кадром.

— Вы послушайте меня — этот парень далеко пойдёт. Но я бы порекомендовал ему после гонок бежать куда подальше. Крестовских я больше сдерживать не хочу и не буду. Пусть делают с ним всё, что заблагорассудится.

— Может, того? Самим? Заранее?

— Нет, — Церберов покачал головой. — Вот если он попробует меня переиграть… Вся моя жизнь — это победы. Я редко проигрываю. Я практически никогда не проигрываю…

Запись оборвалась. В целом — ничего нового. То, что с Церберовыми у меня не мир, а перемирие — я всё это время держал в голове.