Книга Трон галактики будет моим! Книга 12 — Тысяча гигатонн, страница 49 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

— О! Кто пришел! — воскликнул я, обнимая Кукушку. — Кукушка-кукушка! Накукуй сколько мне жить осталось?

Кукушка косо, но иронично посмотрела на меня, буркнула:

— Да ты мне никак смерти желаешь. Я же столько за всю жизнь не прокукукую.

Я расхохотался в ответ.

Судя по всему, жить мы будем долго и счастливо, а уж я сделаю всё, чтобы мы не померли разом в один не самый прекрасный день. Не будет такого пока я на посту. Не в мою смену.

Октавия на правах моего личного доктора управляла подачей блюд на стол, как всегда разнузданно, но географически ограничено дарами родной планеты. Даже Потемкину подали на вольфрамовой тарелочке парочку аккумуляторных батарей под изысканным щелочным электролитом из наших планетарных мануфактур. Светлейший аппетитно захрустел эбонитовым корпусом батареи, сразу понятно, что нямка!

А тут и Иоланта заявилась! Да не одна, в смысле, не только с постоянно сопровождающим ее спецназом горничных, а с настоящим гостем!

— Всем привет, а я тут не одна! — радостно возвестила Иоланта, врываясь посредине пиршества, блистая своей коварольской адмиральской формой. — У нас гость!

Она тоже после триумфа на Первопрестольной броском добралась сюда и сразу к нам, к общему столу. Хорошо когда все дома!

— Заходи, дорогая моя! — воскликнула бабуля вскакивая с места и обнимаясь с Иолантой. — Заходи, садись, твое место как раз свободным держим! Сейчас подадим твоих любимых маринованных грибков, как ты любишь.

Ух, ты! Знать не знал, что Иоланта к маринадам не ровно дышит. Мдя, социальный скилл бабули мне никогда не переплюнуть.

— А кто наш гость? — поинтересовался я. — Представь его нам, пожалуйста.

Гостем оказался мальчик девяти лет, в форме дворянского ополчения Второпрестольной в чине хорунжего, то есть стартового офицерского чина прапорщика. Витольд Мендес. Витя, значит. Сын Мендеса.

Я встал из-за стола, подошел к мальчишке. Пожал ему руку. Обнял.

— Твой отец другом мне был, — сказал я ему. — Люди не забудут, что он делал и подвиг его не забудут. Уж я позабочусь.

Да, позабочусь. У меня целый Гипермалевич под рукой. Увековечим Мендеса в будущем монументе, я клянусь. Если кто Второпрестольную и спас, так это он.

— И ты мне как сын, — добавил я. — Всё у тебя будет хорошо, когда Орду победим. Садись, парень. Садись, покушаем, у нас тут вкусно угощают.

Даша обняла мальчика старающегося не разрыдаться и усадила его между нами.

У него на Второпрестльной все погибли — и отец, и мать и другие родственники. Круглый сирота. Был. Но, теперь он с нами, а значит, у него есть семья. Отправлю его в мою Академию, учиться. А там как себя покажет, так и будет. Не пропадет.

— Привет, — Алиса, правнучка моя, коммуникабельно помахала Витольду вилкой.

— Привет, — глухо отозвался мальчишка, искоса глядя на Алису. Мол, что за чудо такое оранжевое тут взошло.

— Привет, — Алиса, помахала вилкой Иоланте.

Иоланта нахмурилась, глядя на сияющую как солнце Алису и прищурившись настороженно пробурчала:

— Ну, привет. А ты у нас кто?

— А я Алиса! А я тебя знаю! Ты Иоланта! — радостно выпалила Алиса. — Ты платьица шьешь!

— Шью, — согласилась Иоланта. — Я много чего умею.

Кто бы спорил. Алиса вот и не спорила. Сразу начала интересоваться нельзя ли эту взрослую девочку подбить пошить платьица для Алисиных любимых серво-кукол. Иоланту это позабавило и она даже поддержала разговор, как мол стильно украшать подолы стразиками и почему черный, это очень сложный неоднозначный цвет, полный глубоких скрытых эмоций. Алиса была в полном восторге. Эрнандес с умилением смотрела как ее дочка воркует с нашим юным военным дарованием.