Книга Анжелика и принц, страница 46 – Салма Кальк

Когда всё закончилось, Принц подвёл её к служителю, который был там главный. Лике ещё вчера сказали, что нужно поклониться и поцеловать руку, она так и сделала.

— Я рад, дочь моя, что ты снова с нами в добром здравии, - проговорил служитель красивым голосом. - Г осподь сохранил тебя для всех нас, несмотря на все нечестивые помыслы твоего отца, который преступил границу между дозволенным и недозволенным в своих бесовских магических делах, за что и поплатился.

Чего? Ей рассказывали, что графа де Безье отравили. Какого хрена? Что за чёрный пиар, после смерти-то? Или помер, так уже и можно говорить, что вздумается?

Лика подняла голову и заорала бы, наверное, то есть спросила, как думала - какого хрена, как вас там, не запомнила, не смейте говорить гадости про моего отца! Ну то есть, она подумала, что это более нормально, чем просто так стоять и слушать, как поливают покойника, с которым она как бы связана, и который, по легенде, ей ничего плохого не сделал. Уже открыла рот, вдохнула, но тут что-то мягко обхватило её сзади за шею... и Лика поняла, что не может издать ни звука.

Могла только дышать! И разевать рот! И слушать, как встрепенулся рядом Принц.

— Ваше преосвященство, откуда у вас эти сведения о покойном графе? - спросил Принц, да как сурово-то спросил!

— Меня известили, - сказало преосвященство своим красивым голосом.

— Вас обманули, - холодно произнёс Принц. - Граф был добрым католиком, и все его действия, в том числе магические, были направлены во славу господню, - он вежливо поклонился. - Я же, как человек, который вскоре женится на его дочери, заинтересован в сохранении его доброго имени.

— Может быть, и так, ваше высочество, всё это надлежит хорошенько выяснить, - пошло на попятный преосвященство.

— На мой взгляд, выяснять тут нечего, и всё это происки врагов - моих и графа. Но если вас ввели в заблуждение, то наверное, вам ничего не помешает принять моё приглашение на обед?

— Конечно, ваше высочество, буду счастлив принять его, - преосвященство всё поняло правильно.

Далее они так же пафосно пошли на обед. Может, он и был вкусный, но Лике кусок в горло не лез. Она так до сих пор и не могла издать ни звука, только вдыхать и выдыхать. К счастью, к ней никто не обращался. Кроме Принца - тот спрашивал, что ей положить, и она вынуждена была кивать головой, соглашаясь, или мотать, отказываясь. А другие гости за столом болтали, ржали над чем-то, и вообще чувствовали себя нормальными людьми!

Наконец-то вся эта бодяга завершилась, и Принц повёл Лику в её комнаты. Когда за ними всеми - его дружки тоже притащились, ясное дело - закрылась дверь, Пират сделал в её сторону какой-то жест.

Лика вдохнула...

— Так это был ты? Это ты не дал мне сказать ни слова?!

— Конечно. Вот ещё - слушать дурную девку и позориться, - усмехнулся тот.

— Урод, скотина безмозглая, собачий хер!

Лика подскочила к нему и со всей злости попыталась достать кулаком до его наглой ухмыляющейся рожи, но вдруг на кончиках её пальцев появились огоньки. Ярость подняла её и повела, и на охреневшего Пирата обрушились языки пламени.

Его руки взлетели в ответном жесте, завизжала Антуанетта, Жакетта вцепилась Лике в юбку и попыталась оттащить, Принц схватил её за руки, а Орельен встал между ней и Пиратом.