Книга Анжелика и принц, страница 243 – Салма Кальк

Дальше оставалось только подстегнуть здешнюю прислугу - чтобы собрали короля и королеву, быстро. Оказалось - они это умеют. Пришёл Лионель, притащил ноющего Орельена, сказал, что Антуанетту повёл домой Марсель, а Жан-Филипп пошёл добывать Анжелику от кузины Марго, и тоже отведёт её домой. Это было хорошо.

Их величества восприняли ночную прогулку как приключение, и Анри с Лионелем им в этом подыграли. Кроме их личной охраны и сопровождения, с ними были кузены Реми и Ги де Мар, и Огюстен де Бар - хорошее, надёжное сопровождение. И дворца Роганов достигли без потерь.

А там оказалось, что портал снова не работает, и Жан-Филипп с Анжеликой ещё не вернулись.

Тем временем на ближней церкви Сен-Жермен-де-Сьель отзвонили полночь. И отзвонив положенное, продолжили бестолковый трезвон.

Антуанетта собиралась на бал с таким страхом, как ни в какое иное место ни разу за всю свою жизнь. Потому что там её будет ждать Жиль де Роган.

И если о братьях де Во она рассказала Анжелике и остальным, то о Жиле и его предложении не смогла вымолвить ни слова. Вот просто не смогла - и всё. Её язык не шевелился, она не могла издать ни звука, стоило ей только подумать о нём.

Вот и не верь после этого россказням о том, что Жиль де Роган - великий маг!

Антуанетта думала честно рассказать всё его высочеству Анри - он должен знать о планах и происках своего родственника. И Анжелике тоже, пусть знает. И после того ответить ему отказом. А вышло так, что она не рассказала никому и ничего. Зато думала - все десять дней думала!

Если он связал её молчанием - значит, не надеялся на то, что она сохранит тайну. Значит, эта тайна ему важна и нужна. Правда ли то, что он хочет жениться на Анжелике? Может быть, она нужна ему для каких-то совсем других вещей, таинственных и жутких?

Вдруг он - некромант? Антуанетта слышала, что такие встречаются. Правда, для некроманта, по её мнению, он был слишком весел.

А может быть, он слишком долго пробыл на Юге и стал тем, что южане зовут тёмными тварями? Может быть, он уже и не человек? Как он смог так приморозить ей язык, что она молчит о нём уже который день?

И даже Анжелика заметила, что с ней что-то не так. Спросила - не приставали ли ещё братья де Во, или кто-то другой. Ты, говорит, не молчи, если что. С этим ужасным своим панибратством. Но Анжелика спасла её, она и Марсель. И Антуанетта была ей за то благодарна. Опять благодарна...

Во дворце они с Анжеликой сначала прибыли к её величеству Маргарите, и там, как всегда, говорили о любви. Сочиняли четверостишия - об известных всем парочках, и нужно было отгадать - о ком в них говорится. Проехались по Анжелике - по ней и по Саважу, хоть она и не танцевала с ним более вольту. Как хорошо, что Антуанетта де Безье слишком незначительна, чтобы сплетничали ещё и о ней! Она бы этого не вынесла.

Бал приближался, как казнь, как наказание - неминуемое и неотвратимое. Как хорошо, что Анжелика вся в своих мыслях, и не видит и не слышит ничего, а то замучила бы вопросами. И когда они встретились с мужчинами и зашли внутрь бальной залы, Антуанетте казалось, что сам воздух вокруг неё звенит от напряжения.

Она даже почти не замечала, кто и что с ней танцует. Кажется, павана, кажется, гальярда. Кажется, какой-то бранль. Его высочество танцевал только с Анжеликой, это было правильно, но ей от этого было больно. И она думала, что один только танец помог бы ей прийти в себя и примириться с действительностью, но - сегодня господь не был к ней милостив, и Анри не подарил ей этого танца. А если не Анри, то ей безразлично, кому подавать руку - Саважу, де ла Мотту, де Бару или кому-то ещё.