Книга Любовь против (не)любви, страница 219 – Салма Кальк

Не говоря о том, что без него они бы до сих пор каждое утро считали потери.

Но ведь… он ничего ей не обещал. Да и вообще, что он мог ей обещать — богатый и образованный, маг, объездил полмира, наверное, и посланник короля — а она кто? Вдова, от которой муж ушёл к неживой матушке, да так там и остался? У которой сомнительная собственность где-то на задворках здешнего мира? Которая только и может, что делать ремонт и заниматься хозяйством, да детей грамоте учить? Которая даже не умеет нормально использовать свои магические способности? И бегает зимой и летом одним цветом, в серой шкурке, как говорил Роб?

Господи, Роб. Зачем ты поехал сюда, зачем мы оба поехали — думала она. Притерпелись ведь уже, притёрлись. Да нормально притёрлись, что там, Катерина знала толк в притирании и понимала — так и прожили бы до старости, и детей бы родили, и ничего, люди и хуже живут. А теперь что? Какое хозяйство, если она даже до Торнхилла добраться не может? Какие дети?

И как жить с тем, что рассказал ей о ней самой залётный маг? О том, что ей подвластны большие силы, и о том, что у неё в сердце могут жить большие чувства… Господи, если это — любовь, то не надо такой любви, пожалуйста!

Катерина не замечала, что уже не просто всхлипывает, а даже и подвывает. И не заметила бы, если бы не Грейс. Та, очевидно, долго решалась, прежде чем села рядом и обхватила Катерину за плечи.

— Не плачьте, миледи, пожалуйста. А вдруг он не насовсем уехал? Может, он ещё вернётся! Он так на вас смотрел, что дурак просто будет, если не вернётся, а он вроде умный!

— Он? — Катерина и не задумывалась о том, что в голове у Грейс по поводу всего происходящего.

— Ну да, господин маг. Видно же, что он вам по сердцу пришёлся.

— Прямо видно?

Если Грейс видно, то кому ещё?

— Видно, видно. Но умный вас осуждать не станет, и промолчит, а дурака вы сами слушать не станете и на место поставите.

— И кто же… дурак? Кого на место ставить?

Может, уже и сплетни по замку гуляют, а она так увлеклась, что не знает ничего?

— Да пока я вроде ни от кого не слышала, — замотала головой честная Грейс.

Ох, не слышала — не значит, что ничего нет. Но… тут уже ничего не сделаешь.

Стук в дверь раздался как раз среди всех этих невесёлых мыслей. Джон вошёл, оглядел гостиную, оценил масштабы разрушений и сел рядом с Катериной. Взял её руки в свои.

— Кэт, что стряслось?

— О нет, ничего. Ничего особенного. Просто я — вдова, стала таковой от того, что мой муж ушёл за призраком своей матери, меня не пускают домой, а единственный знакомый маг-человек сбежал, не попрощавшись. То есть он пытался, да меня не застал. На какой пожар его понесло?

— Я не знаю, Кэт. Но они уехали вместе с Роном — вроде, тот получил какое-то известие. Может быть, Жилю нужно было срочно в столицу по своим посольским делам?

Да, у него ещё и посольские дела. Куда уж ей о них знать! Слёзы всё равно что сами полились.

— Ох, Кэт, я сам в эти дни не сошёл с ума только потому, что рядом был он — и ты. Спокойная, рассудительная и бесстрашная.

— Да какая ж я бесстрашная, это просто с магом было не страшно, понимаешь? А вообще — очень страшно. Особенно в церкви, когда надо было их выманить и отвлечь. И потом, когда в поле Нэн напала на меня. Я думала — разорвёт. Но почему-то вышло наоборот.