Книга Любовь против (не)любви, страница 146 – Салма Кальк

— А где ваш скотт, миледи, что-то его с утра не видать? — спросила почтенная кухарка. — Я тут, понимаете, лепёшек с мёдом ему припасла, а его где-то носит!

Ну да, ну да. Придётся как-то объяснить отсутствие Роя всем местным. А он, однако, успел пробраться в душу не только Катерине, а ещё много кому, даже суровая Петронилла на устояла.

— Отпустила я его, — вздохнула Катерина. — Дереву лучше расти на родной горке, и человеку лучше жить в родных краях.

— Ох, — Петронилла даже села на лавку. — И что же скажет милорд?

А все прочие разом замолчали и прислушивались.

— Он мне клялся, не милорду, — заметила Катерина как бы между делом, садясь на свою лавку. — Мне и ответ держать, если что. Перед милордом в том числе.

— Ну да, с ним нет-нет, да и случалось, что стоит посередь двора да на север смотрит, — вздохнула Петронилла. — Уж наверное тянуло в родные места!

— Да его ж пленник признал вчера, только не сознался, как его по правде зовут, — сказал Пол, парень из отряда Роба, один из тех, кто вчера привёз пленных.

— Так и зовут, как мы звали, — отрезала Катерина. — И всё, хватит об этом.

Но она подозревала, что разговоры велись весь день — ещё бы, был-был, и нету. Джорджи, мальчик с флейтой, просто печально таращился на Катерину весь день и тоже ощутимо скучал. Забрался повыше на строительные леса и играл оттуда грустные мелодии.

Впрочем, обычных дневных дел всё это никак не отменяло. Нужно было проверить вчерашних пленных — живы ли, и накормлены ли, провести занятия с детьми, приглядеть за стиркой белья в речке и последующим кипячением, посмотреть план сада, который предложил садовник Дин, и выдержать атаку мастера Дженкинса.

— Я предполагал, что парень как-то связан с той нехорошей историей, — качал он головой. — Очень надеюсь, миледи, что вы знали, что делали. Не хотелось бы новых крупных неприятностей с той стороны.

— Я очень надеюсь, что их и не будет. Он, кстати, сказал, что был связным между покойным прежним Сэнд-Роком и милордом моим отцом.

— Может, и так, в целом его наружность казалась мне знакомой, но сколько ж их таких по ту сторону?

— Всё верно. Но его узнал один из тех парней, что привезли вчера.

— Потому он и навострился бежать?

— Нет, он не собирался. Я его уговорила. И рано или поздно мы узнаем, кто был прав — я… или не я. Но ведь не попробуешь — и не узнаешь, правда? В самом худшем случае его просто убьют, и он не доедет туда, куда отправился. А в лучшем… впрочем, увидим, чего гадать, никакого в том смысла.

И уж конечно, вопиющий факт отсутствия любимого охранника миледи не мог пройти мимо вернувшегося Роба. Тот был радостен и доволен — кроме привезённых накануне пленников, они с Джейми шуганули и потрепали два вражеских отряда. Обо всём этом он рассказал Катерине, едва коснулся ногами земли — подхватил её на руки и радостно закружил по двору, и потом ещё расцеловал.

— Какая идиллия, — голос Дороти оказался удивительно не к месту. — Ночью выпроваживать любовника, а днём радостно встречать мужа!

Эх, какая же она, всё же, дура, эта Дороти. Как говорили дети в школе — если человек глуп, то это надолго.

— А ты, что ли, мне свечку держала? — спросила Катерина, когда недоумевающий Роб опустил её на землю и уставился на Дороти.

— Держала, не держала, какая разница! Только и припасов на кухне утром не досчитались, и плащ хороший на сундуке лежал, вон там, а теперь не лежит! И от дальней калитки ночью вовсе не я тайком возвращалась!