Книга Любовь против (не)любви, страница 113 – Салма Кальк

— Верно, — кивнул он.

— Тогда расскажете потом, чем и как вы с ними занимаетесь, хорошо? У меня вопрос по… — она чуть было не сказала «по методике», — по тому, как вы это делали.

— Миледи тут учила детей, пока вас не было, — сообщила Грейс.

— Изумительно, — покачал он головой.

Подхватил Катерину под руку и повлёк к замку. Рука у него была сильная — ну да наверное здесь с другими не выживешь.

Возле замка и внутри него Катерина приняла на себя ставшую привычной роль экскурсовода — рассказала, что было, в какой степени запустения, с чего она начала и что сейчас делает мастер Дженкинс.

— Мастер Дженкинс — это хорошо, — кивнул отец Томас. — Толковый человек. Но как вышло, что ты с супругом оказалась именно здесь? Почему не в Прайорсли?

Катерина честно рассказала всё, что знала — с момента пробуждения в хижине Мэгвин. Священник слушал, качал головой.

— И ты вправду не помнишь, по своей ли воле упала в море или тебя кто-то столкнул? — хмурился он.

— Нет, не помню. Джеймс Телфорд признался, что бил… меня. Об остальном не знаю.

И рассказывала далее о пропаже кольца и о гневе Грегори Телфорда. И о том, что именно он решил — быть Робу лордом Торнхилла. И честно призналась, что лично она этому факту очень рада.

Тем временем они дошли до церкви, и оказалось, что сбоку от церкви есть небольшой домик — видимо, в нём отец Томас и жил, когда бывал здесь.

— Что ж, помолимся о Сэмюэле и Саймоне, — вздохнул он. — И обо всех остальных, кто тогда погиб.

И он вправду молился, и Катерина вместе с ним повторяла слова, которые как-то успела выучить. Эх, не попасться бы на махровом атеизме! А то забвение забвением, но вдруг не поверит? Но он вроде бы расположен к семейству Кэт, и к ней самой тоже, так что — наверное, не враг.

Следующая пара дней показала, что — не враг. Отец Томас залез в каждую дырку — сурово поговорил с Робом, что следует больше внимания уделять людям и земле, вправил мозги Дороти, которая снова рыдала на кладбище, то есть — попытался, подумала Катерина, но — вдруг его слово дойдёт лучше? Поприсутствовал на уроке местной грамоты и очень хвалил Катерину после урока, и принёс книжек — расписной букварь и деяния великих королей. Катерина два вечера читала сама, вызывая недовольство Роба, чтоб заинтересовать его — читала вслух, но он только нос наморщил — сдались, мол, тебе, Кэт, эти давно помершие люди и их жизнь, ну кому это вообще надо, лучше бы бок мне погрела.

Погреть бок было тоже актуально — самой Катерине. Вначале она мучилась угрызениями совести, что беззастенчиво его использует. Но — потом решила внутри себя, что раз ему нравится, то и ей нечего думать лишнее. Задула свечу и забралась к нему под тот бок.

А наутро прискакал гонец — сообщить, что заявились скотты.

Гонец сообщил, что отряд, пришедший через границу, невелик. Десятка три. Он называл прямо имена и фамилии, или прозвища — мол, старые знакомые, все давно известны, но Катерине они не говорили ничего. Эх, придётся разбираться, раз ей теперь тут жить.

Роб уже надевал кожаную безрукавку, усиленную металлическими пластинами, и радостно улыбался — мол, наваляем всем, Кэт, даже и не сомневайся. Это мы тут дома, а они — пришлые.

Так-то оно так, но бывает же случайный выстрел или что там ещё?