Книга Серафима спешит на помощь, страница 40 – Салма Кальк

По дороге до Хьюго я отмахивалась от нападавших, как могла, а могла бестолково. Но видимо, меч в руках устрашал их сам по себе, и я даже попала по двоим, но мне было неловко рубить, поэтому я лупила плашмя, и никого не убивала, а если и брызгала кровь из царапин, то — сами виноваты, короче.

Я добралась до Хьюго, за его спиной как раз было место, туда и встала. Он орудовал мечом, и в отличие от меня, умело, и от него разбегались обычные разбойники в тряпье, зато против него становились хоть как-то защищённые. И вот сейчас он отбивался от двоих разом, эти двое нацепили на себя какие-то разномастные доспехи, и даже некомпетентной мне было понятно, что те доспехи состоят из разных кусочков. Разной формы, разной выделки. Тоже, наверное, натащили откуда-то, где плохо лежало. И они отбивались довольно лихо, впрочем, их двое, а он один, вдвоём-то против одного легче, да?

О, я вовремя, потому что ещё двое попытались зайти со спины, а я с воплем пнула одного, что он отлетел в кусты, а второго треснула мечом по башке. С него свалилась войлочная шапка, да и сам он тоже почему-то свалился — наверное, хорошо получил? Но тот, который отлетел от пинка, поднялся, и снова попытался подобраться, и ещё кого-то подозвал.

Они налетели на меня втроём, пришлось повертеться. Уж конечно, никто не использует меч, как палку, но простите, как могу, да и привычки к этому весу нет, руки уже ныли от тяжести. Но я вполне доставала до них, и давала по башке, и по рукам, и даже какую-то палку перерубила. Эх, не моё оружие меч, вот совсем не моё, хоть и хороший, наверное.

Тьфу, я и не заметила, как меня выманили от спины, Хьюго был занят своими врагами, он, наверное, и не заметил, что я у него там была, и вот нас уже разделяет шагов десять. Я верчу головой, пытаясь понять, как бы мне к нему вернуться, и тут уже мне самой заходят за спину. Но я понимаю это только когда пропускаю удар, хороший такой удар по голове.

Искры из глаз, фейерверк, что там ещё бывает. А потом темнота.

Он успел только сказать невесте, чтобы не болталась посреди драки и поднималась наверх, и его сразу же атаковали. Пришлось вынимать меч и показывать этим подлым тварям, почём сегодня фунт лиха, и ещё — что кончилось их сытое и благополучное время, пришла пора платить по счетам.

Разбойники не хотели платить по счетам, они, верно, решили, что бессмертные, и что им можно всё, и ничего за их бесчестные деяния не будет. Ну да жрецов не все в детстве слушали, а кто-то, может, и вовсе не слушал, это он, Хьюго, повелел в своих землях всех детей отдавать хотя бы в самое простейшее обучение, чтоб чтили богов, знали, что почём и кому они обязаны своей безбедной жизнью, и не зарывались после, когда вырастут. Скажем, тот же дядя Годрик, ближайший сосед, ничего такого у себя не заводил, а затеи Хьюго считал баловством и как бы не вредной блажью. Вот и досчитался — явно с его земель поналезли. Но ничего, как поналезли, так и обратно пойдут, если не будут сопротивляться и если не были замечены в смертоубийстве. За кражу можно просто клеймить и пороть, и выставлять прочь из своих владений, вот пусть и идут накануне зимы к дяде Годрику хлеба просить. Но сначала нужно разорить их разбойничье гнездо, освободить пленников и забрать награбленное, и вернуть крестьянам. И может быть даже не только крестьянам, хотя в этих краях никого больше нет.