Книга Серафима спешит на помощь, страница 33 – Салма Кальк

— Иголка есть? Заодно и штаны зашью.

— Иголка? Не знаю. Зачем тебе иголка?

— Сначала достать занозу.

— Я тебе и так достану, — он снова взял мою ладонь, тоже рассмотрел внимательно, потом достал из ножен хозный такой нож — с мощным лезвием и острым концом, и коснулся тем концом занозы, примеряясь.

Я испугалась — кто так делает-то, ножом не зацепить и не вытащить! Уже хотела заорать, но он осторожно тронул кончик занозы снова, и дальше одним непонятным мне действием реально вытащил её из моей ладони. Отложил нож, погладил ладонь. Ощупал ранку.

— Не целитель, поэтому заращивать будешь сама. А в следующий раз не забудешь о перчатках.

— Так у меня нет привычки к вашим занозистым палкам.

— А к чему есть?

Я усмехнулась.

— У меня в основном рукопашка. Ну, стреляю ещё неплохо.

— Лук, арбалет?

— Пистолет. Есть у вас огнестрельное оружие?

— Магическое, что ли?

— Нет, порох.

— Взрывать, что ли?

— Нет. Потом объясню. Давай, поворачивайся, показывай свой зад.

— Дался тебе мой зад!

— Вообще нет. Я уже говорила — ходи с дырой.

— Ладно, ладно, смотри, — он повернулся ко мне спиной и лёг на сено.

Ну точно, дыра, классическая — зацепил ткань, и она порвалась треугольником. И под шерстяными штанами были ещё одни типа льняные — там тоже была дыра, такая же, но поменьше. Мне стало совсем интересно, я отогнула все кусочки ткани и заглянула внутрь. Точно, на коже тоже дыра. Не такая, чтобы вот прямо кровотечение, но есть и кровь, и грязь. Дома я б обработала какой-нибудь перекисью и заклеила, а тут что делать?

— Скажи, вы раны чем обрабатываете?

— Эликсиром, — с готовностью отозвался он.

И даже объяснил, где в кухне стоит на полке тот эликсир, и что возле него должна быть пропаренная тряпка, которую использовать для обработки.

Что ж, я сходила за эликсиром, он тем временем избавился от пострадавших штанов. Эликсир оказался тоже зелёным, и мне удалось с его помощью убрать из раны остатки драконьей ржавчины, а потом ещё и себе дыру от занозы смазать. Боль тут же ушла, и даже края дырки подзатянулись. Я посмотрела — на заднице тоже.

— Если ты скажешь, где найти чистую одежду, я тебе принесу.

Оказалось — на лавке с другой стороны от камина. Одежда лежала кучей, наверное, принесли из стирки и чистки. Я насчитала три рубахи и двое исподних штанов, и принесла ему по штуке того и другого.

Пока мы чистились да одевались, оказалось, что из деревни нам прислали котёл с кашей, даже ещё тёплой, потому что несли в каком-то одеяле, что ли. И мы эту кашу уписали радостно за обе щёки, и даже на утро ещё осталось. И потом уже только упасть спать — на то же самое сено. И я ещё услышала, как он придвигается ко мне, укрывает колючим шерстяным плащом и обхватывает рукой.

В мой сон ворвался звук, звук странный и красивый. Как будто где-то там, далеко, пела труба. Во сне я дралась с кем-то на площадке длинной лестницы, и пропустила подножку, и меня с той лестницы скинули — и летела я эпично и красиво. И вот как раз звук проник в сон, дал мне какую-то надежду, что меня поймают, и я не расшибусь всмятку, и тут я проснулась.

Звук слышался наяву — откуда-то с улицы. Как будто и правда там пела труба.

А я снова не сразу сообразила, что и кого, и кто я, и где я, и кто эти люди и где мои вещи, и что там говорят в таких случаях. Правда, сразу же вспомнила и посмеялась.