Книга Подарочек, страница 69 – Салма Кальк

А дальше уже можно было разогреваться и танцевать.

Подумавши, для выступления Ирка отобрала кадриль одну штуку, потому что она хоть и заезженная, но весёлая и задорная, и её все хорошо знают, и один танец из почтенного семейства шотландских контрдансов – он тоже давно танцуется и неплохо выглядит со стороны. То и другое – на четыре пары, и если без огрехов выполнить схему – то будет хорошо. Опять же, никаких пересечений со спортивными бальными.

После небольшого, но перерыва народ местами отчаянно тупил – а куда тут идти, а какая фигура следующая, и как там ещё всегда бывает. Но вспоминали, шли и делали дальше. В итоге к девяти часам как раз вспомнили обе схемы, и дай нам все высшие силы не забыть их окончательно к пятнице.

Тут же постановили, что занимаемся в пятницу, занимаемся в воскресенье, занимаемся в следующий вторник, в среду выступаем. Должны всё отрепетировать, как следует. А про костюмы ещё подумать, и что-нибудь непременно придумается.

Так что Ирка собрала технику, переоделась и с чистой совестью позвонила Анне Семёновне – да, мы можем выступить в следующую среду с двумя номерами. И отправилась домой – день начался в шесть утра, и в десятом часу вечера ноги уже не держали её совершенно.

Среда обошлась хотя бы без занятий – не нужно готовиться, не нужно бегать, можно прийти утром на работу, как обычно, и начать день с политеховских новостей.

Вчера Ирка вернулась домой без задних ног и без внятных мыслей. То есть нет, одна мысль была – поесть. Нет, даже – пожрать. Поэтому – быстро переодеться, разгрузить технику, поставить кипятиться чайник, и резать лук и куриную печёнку. Потом, когда макароны сварились и перемешались с обжаренным луком и прочим, ещё можно было посыпать сверху свежим укропом и тёртым сыром. И проглотить всё это под чтение соцсетей – за день накопилось. Правда, ничего неприятного в накопленном не было, и то ладно.

Написала Оле – что выступление на следующей неделе, пусть освобождает вечер и приходит на концерт. Оля где-то гуляла и была не в сети, ничего, потом прочитает.

Андрей позвонил, когда Ирка лежала в ванне – в пахнущей сладкой пеной ванне, да ещё и с морской солью. Была опасность уснуть, но очень уж хотелось вытянуть ноги и расслабиться в пахучей и солёной воде. Опять же после нагрузки хорошо. На танцах у них, конечно, нет никакой нагрузки, ну да после перерыва всё одно стопы ноют.

Андрей рассказал, что у них там сегодня весь день работа вперемешку со всякими ответственными встречами, и вот только сейчас добрались до гостиницы. Ирка рассказала про пары в двух группах, потерянную папку с документами и танцевальное занятие. Это оказалось новым и свежим – рассказывать о своей повседневности и слушать о чём-то невообразимо далёком, но для него – такой же повседневностью, как для неё студенты и документы.

И спалось после такой ванны и такого разговора необыкновенно хорошо.

Преподаватели собирались, как водится, к десяти, кроме того, в час – ученый совет, на котором должен присутствовать Евгений Валерианович. А вся кафедра – держать за него кулаки. Нет-нет, Ирка уверена – из преподавателей кафедры никто фигу в кармане тайком не держит, все заинтересованы в том, чтобы вопрос уже решился, наконец.

Но сначала ещё одна пара, в том числе и у Евгения Валериановича. Ирка и Софья Абрамовна проводили всех на лекции, а сами занялись финальной проверкой распределённой нагрузки перед сдачей её в учебный отдел – это Ирка, и поливом цветов – это Софья Абрамовна.