Книга Барышня ищет разгадки, страница 203 – Салма Кальк

Тут я уже не выдержала и пошла обниматься — с Марьяной, какая-то она печальная, нужно будет расспросить, с парнями — ничего ж такого, да, Миша в курсе, что мы просто друзья и однокурсники. А они-то не в курсе, я ж никому ничего не говорила!

— Слушаем меня, дорогие коллеги, — весело начала я. — Представляю вам его высокоблагородие надворного советника Соколовского, Михаила Севостьяновича. Будет вам здесь царь, бог и руководитель практики, слушаться — как Афанасия Александровича.

Парни прониклись, поклонились — кто изящно, кто неуклюже.

— Кроме того, — усмехнулась я, — Михаил Севостьянович — мой супруг.

О да, в Москву я не сообщала — никому, кроме Пуговкина. Тот одобрил и пожелал всяческого счастья.

— Я, Оленька, очень рад, что всё устроилось, все потерянные нашлись и во всём разобрались, — сказал он. — Потому что когда прошлой зимой ко мне внезапно явилась девица, лицом как профессор Спасская, и статью, и способностями, но — ничего не знающая и не умеющая, и рассказывающая о себе удивительное — я не стал ничего говорить, но решил посмотреть, как оно дальше пойдёт. А пошло отлично, и дальше пускай не хуже. Что же, батюшка-то твой не против службы?

— Нет, — улыбнулась я. — Но весьма желает, чтобы я придумала себе службу попроще. Но я сначала доучусь, потом уже займусь.

На самом деле, идея магического училища в губернском городе Сибирске не давала мне покоя давно. Я пока не говорила о ней ни с кем, но — осознавала, что говорить буду. И сдаётся мне, найду поддержку у Болотникова.

Но сначала — добудем нам сюда ещё пару-тройку некромантов.

Некроманты рассаживались по экипажам, Марьяну Миша пригласил в наше авто, сесть рядом со мной. Авто было оценено — Толоконниковым и Томашевским, и как я поняла — весьма высоко. И мы отправились на Третью Солдатскую, где в двух моих комнатах и на втором неотапливаемом этаже договорились разместить наших практикантов.

Я уже два месяца как жила у Миши на Четвертой Рождественской. Со мной переселилась Надежда, её позвал замуж Алексей, она пока водит носом и чего-то там думает, но мне кажется — к осени надумает. Лукерья всё ещё фыркает на Варфоломея, но тот не отстаёт. И кажется, даже уже побывала в гостях его домике в Иннокентьевском.

Сам Варфоломей в прошлом месяце внезапно оказался тамошним старостой — потому что нелюбимый мною господин Носов нашёл свой конец от рук им же прикормленных местных бандитов. Предлагали доктору Зимину, но тот отказался, и тогда пошли к Варфоломею, и он уже дал согласие. Уже успел попугать местный криминал, и сказал всем громко — если что, он и сам маг, и к другим магам легко обратится за помощью, так что — никакого разбоя и никакой скупки краденого. Поглядим, как пойдёт.

А пока мы разместили парней у Лукерьи, а Марьяну повезли к себе.

— Марьяш, что случилось? — спросила я, как только мы остались одни.

— Володя женился, отказался от меня, — всхлипнула она, и слёзы потекли ручьём. — Сказал, что не готов ждать ещё два года, у него какое-то дело выгорело, нужно было уезжать да жить, вот он с Зинкой-то Воложаниной и уехал, и даже батюшку моего не побоялся. Батюшка хотел его совсем убить, но я попросила отпустить, что уж теперь, насильно-то мил не будешь, каково бы мне было, если бы он жил со мной, а на ту Зинку голову тот и дело заворачивал? Вот, я домой и не поехала. Потому что там меня все будут жалеть, а батюшка — нового жениха приискивать! А зачем он мне сейчас, пока я не доучилась? Всё одно ж тоже сбежит, — хлюпнула она носом.