Книга Захватчица, страница 91 – Салма Кальк

— Отлично, - кивнула мама. – Пойдём, что ли, поговорим.

— Пойдём, - уныло кивнула Тея.

В мамином кабинете со стены над столом смотрела Теодора – та, древняя. Которая была дипломатом в семнадцатом веке – ну, насколько это вообще было возможно. Черноволосая, как Тея, зеленоглазая, и с кудряшками по обе стороны от лица. С красивым пышным бюстом и множеством ниток жемчуга, красиво разложенным в декольте. Тея глянула на себя и подумала – а что будет, если по ней столько жемчуга разложить? Неудобно ведь ходить, он же болтается, звенит и нитки перепутываются? Бусы-то есть, целая шкатулка, только вот… зачем? Понятно, что для демонстрации статуса, как его тогда понимали, но…

Всю жизнь она демонстрировала то, чем является, просто руками. И этого было достаточно. А теперь? Кто и что она теперь?

— Я думаю, отец уже сказал тебе, что всё хорошо, и что мы поддержим тебя. Если нужны слова, то я их скажу тоже: всё хорошо. Мы поддержим тебя.

— Спасибо, - совершенно искренне сказала Тея. – Только вот понимаешь, я… я не сомневаюсь в поддержке, я просто не могу понять, в чём она может выразиться.

— Папа, как я поняла, уже озадачился вопросом – чем занять твою голову.

— Угу.

— А чем бы ты хотела заняться сама? Понимаешь, Легион – это в любом случае не до старости. Придут те, кто моложе, сильнее и способнее.

— Ну да, сила же копится с возрастом?

— Магическая, - усмехнулась мама. – А физическая – увы. То, что легко давалось в тридцать, а сорок уже будет не так, а в пятьдесят – и вовсе. Но можно, конечно, не лезть самой в огонь, а заниматься стратегией и планированием. Как у тебя с этим?

— Так себе. Мне проще в огонь.

— Понимаю. Мне тоже было проще… до определённого момента. А потом, как ты догадываешься, пришлось задуматься о том, что я вообще ещё умею.

— Когда… когда ты вышла за папу?

— Не вполне. Ещё до того, когда мне было двадцать восемь, я получила магическую травму – вляпалась на задании в старое заклятье, разрушающее организм. Был шанс, что я на ноги больше не встану, о продолжении службы вообще речи не шло. Но Клодетт де ла Мотт, нынешний декан целительского факультета, а тогда ещё просто целитель, придумала, как нейтрализовать процесс, правда, это заняло время. И вот в это время я и занялась изучением вопроса – что такое на меня свалилось, и как с ним бороться. И тогдашний мой декан пришёл и предложил писать у него диссертацию. А потом меня вылечили, я вернулась на службу, и впервые задумалась – а что вообще делают те маги, которые вышли в отставку из Легиона, чем они в жизни занимаются? А спустя некоторое время я ещё и забеременела, это тоже подкинуло раздумий, - усмехнулась мама. – А потом уже вышла за папу, и я, знаешь, не предполагала, что у нас это всерьёз и надолго.

— Да ну, - Тея и не догадывалась, что можно такое подумать.

Всю её жизнь родители жили если не душа в душу, то – как очень близкие друзья. Впрочем, кое-какие моменты в прошлом наводили на мысль, что – не просто очень близкие друзья. Не только друзья.

— Мы встретились на академической конференции по проблемам заклятий и явлений с отложенным на годы и десятилетия эффектом, меня туда отправили, как разумного военного специалиста, имеющего опыт обезвреживания такого рода аномалий методами боевой магии, и борьбы с ними. А он, как ты понимаешь, рассказывал о решении проблемы со своей стороны. Я тогда уже планировала диссертацию, и выступление было как раз в копилку материала – обобщение трёх случаев из практики. И он оспорил мои выводы, сказал, что всё неверно, и так быть не может. А потом в кулуарах добавил, что я просто некомпетентна, и выводы мои неправильные от того, что я вообще не поняла, что происходит. До сих пор не понимаю, как я его не пришибла там, на месте, - усмехнулась мама.